Книга Развод. И снова любовь, страница 80 – Элли Лартер

— Не знаю, помнишь ли ты... тогда, много лет назад, когда мы познакомились, я начинал работать программистом... Сейчас у меня своя мини-компания, пишу коды, много путешествую, зимую на Бали, в Таиланде, в Аргентине...

— Ого, — хмыкаю я. — Мой Миша тоже программист, у него тоже своя компания, причем большая.

— Только папа нас, кажется, не любит! — вставляет вдруг Дамир.

Я невольно краснею и одергиваю его:

— Дамир, что ты такое говоришь?!

— Прости, мамочка, — сын смотрит на меня испуганно. — Просто он так давно у нас не был...

— Он просто много работает, — говорю я.

— Видимо, очень много, — фыркает Давид и качает головой. — Грустно это... Ну, ты доел?! Давай, вытирай лицо от шоколада, и пойдем смотреть твоих динозавров!

— Да, ура! — кричит Дамир, хватает Давида за руку и утаскивает в детскую, а я остаюсь в кухне одна, оглушенная страшным осознанием.

Моему сыну семь — и он уже все прекрасно понимает.

Понимает, что отец редко бывает рядом, а значит, возможно, не очень-то и хочет рядом быть... а значит — не любит.

Мне становится так обидно, и стыдно, и больно...

А Дамир в детской тем временем громко спрашивает своего нового друга:

— А нас с мамой возьмешь с собой зимовать там, где море и обезьянки?!

Я, конечно, с самого начала прекрасно понимала, что «долго и счастливо» нам с Мишаней не светит — у него рыбина Саша, мышь Каро и непривычно сильный для мужчины отцовский инстинкт, — но мне и не нужны были от него свадьба, дети и любовь до гроба.

Я просто планировала обзавестись долгосрочным папиком, который обеспечивал бы меня, покупал мне недвижку — и движку тоже можно, кто же в здравом уме откажется от крутой тачки?! — возил по заграницам и исполнял все мои капризы... но все капризы, в конце концов, достались не Мишане от меня, а мне от Мишани. Иронично, правда?!

Рыбина Саша портит нам всю малину — и Миша скатывается в депрессию.

Я стараюсь не подавать вида, стараюсь оставаться жизнерадостной и поддерживающей, зову его в бич-клаб, но что он говорит?!

— Не сегодня.

Ну... не сегодня — значит не сегодня.

— Окей, — я пожимаю плечами и иду нежиться под майским солнышком в гордом одиночестве.

Когда возвращаюсь через два часа — его нет в номере.

Странно.

Звоню. Он не берет трубку.

Что, настолько обиделся, что умотал куда-то и не стал сообщать мне?!

Я снова пожимаю плечами и иду в душ, чтобы смыть остатки солнцезащитного крема, а потом заказываю в номер еду.

Поев, чувствую, что меня клонит в сон, и я, включив шум дождя, сладко засыпаю.

Просыпаюсь в шесть вечера, Мишани по-прежнему нет. Снова звоню, снова нет ответа. Пишу сообщение, которое он даже не читает.

Переодеваюсь и спускаюсь поужинать, заодно обхожу все рестораны, кафе и бары отеля... вдруг он где-нибудь залип?! Неа, нигде нет.

Я стараюсь оставаться спокойной, но мне, честно говоря, становится немного тревожно.

Я возвращаюсь в номер и остаток вечера провожу, нервно листая ролики в соцсетях и ожидая своего непрекрасного принца.

Мишаня возвращается во втором часу ночи, от него разит перегаром и дешевым женским парфюмом.

— Серьезно?! — фыркаю я, встречая его на пороге номера. — Тебе было мало жены, недолюбовницы и меня, и ты решил склеить кого-то еще?!

— Не твое дело, — фыркает мужчина. — Не веди себя, как Сашка и Каролина. И не забывайся: у нас с тобой нет отношений... и никогда не было.