Книга Развод. Я заслуживаю быть счастливой, страница 47 – Элли Лартер

— Отличная идея! — одобрительно кивает Катька.

— Ну и вот... Я подошла к двери, занесла руку, как будто собираюсь постучать... И в этот момент услышала из-за закрытой двери, как Виталий Сергеевич там, в кабинете, кричит на Алину Игоревну: «ты что, шлюха, совсем страх потеряла?!»

— Прямо так и кричал?! — восхищается Марат.

— Ага, — восторженно кивает Маша.

— Что потом?! — спрашиваю я, чувствуя, как к горлу подступает тошнота.

Значит, это все не просто сплетни, это правда.

Мой отец изменяет моей матери... да еще и с жалкой малолетней училкой!

Бедная мама!

— Потом я постучалась и вошла, — продолжает Маша. — Они сразу сконфузились и замолчали. Алина Игоревна была красная, как помидор, от стыда, а Виталий Сергеевич — от гнева. Алина Игоревна убежала прежде, чем я рассказала, зачем пришла. Виталий Сергеевич отпустил меня, но было видно, что его волнуют совсем другие дела и проблемы...

— Ну вот и все, — говорит Катька голосом победителя. — Мы молодцы — мы справились. Уверена, это она, Алина Игоревна. Сначала она назло Миле дала ей не ту тему проекта. Потом бесилась больше всех от записки. Потом побежала директору жаловаться, а он ее шлюхой назвал. Да еще и Марина Максимовна, судя по всему, ее подозревает. Все очевидно.

— Да, скорей всего, так оно и есть! Ты права! Мы классные! Можно детективное агентство, блин, открывать! — радуются ребята, а я спрашиваю:

— И что теперь?!

— А это тебе решать, — говорит Катька. — Хочешь — расскажи об этом матери. Хочешь — мы сами ее к стенке припрем и размажем.

— Я подумаю, — киваю я, потому что пока реально не понимаю, как быть.

С одной стороны, хочется, чтобы мама поскорее узнала правду.

С другой — не хочется, чтобы мама опять волновалась, после операции совсем немного времени прошло...

А еще... вдруг мы ошиблись?!

Вдруг на самом деле Алина Игоревна не виновата?!

Остаток учебного дня проходит в каком-то тумане.

Катька время от времени пытается меня растормошить, но я лишь жду, когда прозвенит звонок с последнего урока, чтобы поскорее рвануть домой.

Отца там, к счастью, не оказывается, зато есть мама.

К ней я и направляюсь.

Увидев мое взволнованное выражение лица, мама сразу спрашивает:

— Что-то случилось?!

— Да, мам, — говорю я честно. Все-таки молчать у меня не выйдет. — Помнишь, мы говорили про записки и про то, что отец может тебе изменять?!

— Помню, конечно, милая, — мама садится напротив и берет мои ладони в свои.

От этого почему-то сразу становится легче, и я продолжаю:

— А у тебя нет подозрений, кто именно это может быть?! С кем он изменяет?!

— Ну... есть, — она кивает.

Вижу, что ей неприятен этот разговор, что ей тяжело, но она понимает, что я взрослая, что нет смысла от меня прятаться и скрывать что-то, особенно если я сама поднимаю эту тему.

— И у меня есть, — говорю я.

— И кого же ты подозреваешь, дочь?! — мама смотрит мне в глаза, а я опускаю взгляд:

— Я... мне немного неловко... не знаю...

— Все хорошо, я понимаю, милая, — она пожимает мои пальцы.

— Давай назовем имя одновременно, — предлагаю я.

— Давай.

— На счет три, — я начинаю считать. — Один... два... три... Алина Игоревна!

— Алина Игоревна! — в это же мгновение произносит моя мама, и мы замираем, держась за руки, глядя друг другу в глаза и понимая, что если мы обе так думаем — это не ошибка, это правда.