Книга Твой Никто, страница 109 – Галина Кор

— Видишь ли, наша история не так проста… как мне хотелось бы. Мне было четырнадцать, а ему сорок. Он пришел в нашу балетную школу преподавателем. Заслуженный артист балета… звезда, но из-за травмы, пришлось переквалифицироваться в преподаватели. Девочки бегали за ним толпой, караулили после репетиций… — окунаясь в прошлое, Тая расцветает на глазах, будто проживает все те чувства снова. — А он обратил внимание на меня, — горделивая улыбка появляется на ее лице. — Поначалу его сексуальные предпочтения мне казались неприемлемыми, некоторые вещи казались унизительными… неприятными… но потом оказалось, что я без таких отношений не могу нормально жить. Он будто подсадил меня на изысканный наркотик… Наши отношения длились два года, а потом узнала мама. Она перевезла меня в столицу. Сначала я была в одной балетной школе, потом во второй… Нигде не приживалась из-за сложного характера. Случайно попала в труппу к твоей маме и задержалась на долгие годы. Хм… я помню тебя мелким, болезненных, вечно сопливым. А потом ты пропал, перестал приходить на репетиции и появился уже брутальным мачо с криминальной репутацией. Подумала, чем черт не шутит, может ты — молодой и активный, сможешь удовлетворить мои неугасающие с годами потребности? Но ошиблась. Все-таки внешний вид обманчив.

— Что тебе мешало повзрослев, вернуться к тому типу?

— Все просто. Я стала ему не нужна… У него появились новые четырнадцатилетние ученицы.

— Ты же понимаешь, что он обычный педофил, который сломал тебя? — после открывшихся обстоятельств, многое из того, что делала Тая, становится понятным… Но это никак не обеляет ее в мои глазах. Она просто пользовалась мужчина, умышленно или нет, но портила жизнь им… мне… Я понял суть ее проблемы, но простил ли? Скорее всего нет. Просто теперь я со спокойной душой выйду из палаты и даже не обернусь… Разорву ту тонкую нить под названием брак… и постараюсь никогда не вспоминать.

— Понимаю, — кивает, подтверждая мою правоту, — но я-то его люблю. Пусть больной, странной, токсичной, но любовью. Только его я по сей день люблю и больше никого. И уже никогда не полюблю.

— Прошло уже больше двадцати лет. Я думаю, что время его не пощадило. Может стоит посмотреть на него вновь и понять, что любви-то больше и нет…

Тая меняется на глазах. Будто сама за секунду постарела до возраста того уебка. Одинокая слеза срывается с ее ресниц и катится по щеке.

— Почти два года назад он умер, — хриплым голосом говорит она.

Теперь события стали на свои места.

— Поэтому ты и решила покончить с собой, — это не вопрос, это вывод, который не требует ответа.

Тая спускается чуть ниже по кровати, поворачивается набок, отворачиваясь от меня. Все, разговор окончен. Поднимаюсь со стула и подхожу к двери.

— Я хочу подать на развод, — я посчитал важным, поставить ее в известность.

— Мне все равно. Делай что хочешь, — в голосе нотки обреченности. — Думаешь я не понимаю, что ты нашел себе другую. Или ты ждешь от меня благословения?

— Ничего я от тебя не жду. Просто решил поступить правильно.

— Твоя правильность меня тоже бесит. Впрочем, все, что связано с тобой меня либо не интересует, либо раздражает. — Все это она говорит монотонно, не поворачиваясь в мою сторону. — Всегда удивлялась тому, как ты ловко ставил окружающих на место, даже мать… а передо мной робел… Странно… но уже не важно. Уходи!