Книга Искушая любовь, страница 161 – Сара Адам

И всё. Никаких громких и пафосных речей, уговоров и просьб. Не знаю, что происходит в моей голове, но я начинаю шнуровать коньки, как зомби. Я ненавижу себя за слабость и за дрожащие руки, но всё равно затягиваю последний узел и встаю.

— Умница, моя девочка. Давай немного разогреемся на суше, — Лилит принимается делать упражнения, а я, всё в том же странном оцепенении, повторяю за ней, вспоминая движения.

Спустя минут пятнадцать подруга даёт добро, сообщив, что будет ждать здесь. Она бросает ободряющие слова, мотивирует речью, но я ничего из этого не запоминаю. Её наставления пролетают куда-то мимо.

Ото льда нас отделяет пара метров по резиновому настилу, но ноги словно приросли. И вдруг внутри что-то переключается. Настолько тихо, что я сначала не верю.

— Те отморозки заслужили это. И ты заслуживаешь того, чтобы боль прекратилась, — звучит уверенный голос разума.

Их нет. Их больше нет. Нет тех, кто разорвал мою душу в клочья.

Нет тех рук, что разрывали на мне платье, нет насмехающихся голосов.

Нет мучительного стыда, который всё это время висел надо мной, как петля.

Нет самого факта их существования.

Страх исчез вместе с ними. Стыд растворяется, как дым, наконец покидая моё тело. Оковы обваливаются, с грохотом падая на пол.

Я делаю глубокий вдох, смотря на безупречный белый лёд. И впервые за много лет он проходит в лёгкие до конца.

Сделав шаг, я ощущаю, как лезвия касаются гладкой скользящей поверхности. Такой резкий и чистый звук. И я, чёрт возьми, не падаю, скрючиваясь в конвульсиях. Я ровно стою на ногах. Маленький толчок, будто я заново учусь кататься, помогает поверить в себя.

Лёд послушно поддаётся, словно ждал меня, и это придаёт ещё большей уверенности. Скольжение выходит неловким, медленным, но настоящим. Корпус сам собирается в привычную ось. Руки находят баланс так, что можно подумать, всё это время они ждали команды. Похоже, моё измученное тело вспоминает рисунок движения раньше, чем память.

Я раскатываюсь дальше, уже чуть быстрее, но осторожно, проверяя, выдержит ли лёд моё возвращение. Впервые за много лет нет абсолютно никакого страха.

И впервые… впервые я чувствую себя свободной.

***

Лилит наблюдала за подругой и не могла сдержать слёз, полных радости и одновременно боли. Наконец-то её хрупкая Делла смогла побороть себя и своих демонов, освободиться от давящей травмы.

Только в этот день Лилит рассказала Адалин не всю правду. Она скрыла самое важное то, чем другие бы хвастались и били в грудь, рыжеволосая девушка, что сидит на трибунах, умолчала. Лилит не хотела добивать подругу сильнее и не сказала, кто именно вынудил тех парней замолчать.

Это была она .

Когда Лилит поняла, кто именно и что сотворил с её подругой, она не смогла остаться в стороне. По счастливой или не особо случайности, в те дни старший брат Лилит прилетел на несколько дней из Дублина в Нью-Йорк. Именно он стал тем, кто заставил хоккеистов стереть все записи и забыть, что они сотворили с Адалин Суарес.

Так, благодаря семье О’Коннелл, видео Адалин не пошло дальше по рукам. Все участники произошедшего замолчали и боялись вспоминать тот роковой день. Так было до того момента, пока о тайне не узнал Джон Грей и не всколыхнул в памяти насильников то, что они сотворили.