Книга Искушая любовь, страница 201 – Сара Адам

— Ч… что? — обернувшись, моргаю, лишь бы эти идиотские слёзы, собравшиеся в глазах, скатились и перестали застилать взор.

— Я оставлю это всё ради тебя. Мне не нужна жизнь, в которой нет тебя, Красивая, — Джон спокоен. Он не выглядит как человек, желающий обмануть или увильнуть.

Наоборот, Грей в полном смирении и принятии.

— Не оставишь. Ты же вырос в этом всём. Это твоя жизнь. Твой мир. Твоя вселенная, — принимаюсь отговаривать, испугавшись. — Я не имею права менять тебя под себя.

Тот факт, что он готов был бы это сделать, добивает меня окончательно, заставляя расплакаться.

Уткнувшись в мужское плечо, я всхлипываю, без конца проигрывая в голове его обещание.

— Будет непросто, но мы справимся. Я не позволю тебе ещё раз уйти и оставить меня в этом дерьмовом мире одного. Ты всегда была и будешь моей, Адалин Суарес, — Грей крепко меня обнимает, ласково поглаживая по спине.

— Не сможем… не справимся… — сквозь всхлипывания мямлю себе под нос.

— Было ошибкой отпустить тебя. Я конченый мудак.

— Нет, не говори так. Это всё я, — не в силах слушать, что он винит во всём происходящем себя, обхватываю его лицо, покрытое лёгкой щетиной, ледяными ладонями. — Я думала, что вдали от тебя и клана обрету покой. Не получилось. Без тебя это была не жизнь, а существование, Джон.

Меня прорывает. Я перестаю притворяться и строить из себя холодную суку. Я признаюсь ему во всём. Рассказываю о том, как скучала, тосковала и хотела, чтобы он пришёл.

А Джон делится тем, как не мог спать по ночам, представляя моё лицо.

Если наши чувства это риск, то я выбираю риск ради человека, ставшего моим домом. И раз его мир опасный, то пусть так, потому что без Джона нет меня.

— Я люблю тебя больше жизни, Джон Грей, — признаюсь, ощущая, как груз спадает с плеч.

Не справившись с эмоциями, я привстаю на цыпочки и прижимаюсь к его губам. Необузданная страсть и одновременно невысказанная боль, а ещё тоска и привкус моих солёных слёз объединяются в поцелуе.

— А в нашем доме случайно не предусмотрен гардероб? Я так хочу снять это платье… — оторвавшись, закусываю нижнюю губу.

— Блять, как же я сильно тебя люблю, дурная.

Десять лет спустя

— Значит, он добился своего? — еле слышный голос заставляет меня обернуться. Тёплая улыбка расплывается на губах при виде седовласой старушки.

Отложив деревянный магнитик на полку, иду навстречу хозяйке той самой сувенирной лавки на Аляске.

— Вы узнали меня? — мой голос сквозит нескрываемым удивлением. Всё-таки прошло много лет, мало ли сколько ещё посетителей наведывались в этот уютный магазинчик?

— Конечно узнала, — согласно кивает она, опершись на тросточку. — И ты не ответила на мой вопрос. Я спросила: он добился того, о чём мечтал?

— Я не совсем понимаю… — оглянувшись вокруг, пытаюсь зацепиться хоть за что-то, что дало бы мне подсказку, но в помещении, кроме нас, других людей нет.

— Тот юноша, что был с тобой в прошлый раз. Он уже тогда был влюблён в тебя, — глаза старушки наполняются теплотой.

— А… вы про Джона, — произношу и тут же мысленно ругаю себя за то, что по привычке назвала его настоящее имя, а не фальшивое. Столько времени утекло, а я до сих пор не привыкла говорить «Иван».

— Да, про Джона, — соглашается она, легонько кивнув. — Про твоего мормона, — засмеявшись, женщина делает акцент на крайнем слове, а я мигом заливаюсь краской.