Книга Искушая любовь, страница 63 – Сара Адам

Мой метающийся взгляд мгновенно находит Сару на кровати-трансформере. Её немного отросшие волосы прилипли ко лбу, сноха стискивает зубы, тяжело дыша, а потом вдруг, будто почувствовав моё присутствие, вскидывает голову.

Её растерянный взгляд выхватывает меня из толпы в белых халатах, и в тот же миг она произносит сквозь слёзы:

— Ада!

Я даже не успеваю что-то сказать просто спешно подбегаю к кровати, хватаю её за горячую, влажную ладонь. Сара вцепляется в меня так сильно в поисках поддержки, что белеют костяшки.

— Я здесь! Здесь! — выдыхаю в самый разгар её крика, сорвавшегося вместе с очередной волной схватки.

Принимать роды на работе, у незнакомых женщин одно. Но видеть, как близкий человек корчится от боли и цепляется за твою руку в поисках поддержки совсем иные ощущения.

Мне кажется, я постарела на несколько лет.

Но всё это становится неважным, когда я беру на руки кричащего малыша и кладу его на грудь Саре. Растрогавшись слезам матери, я и сама начинаю рыдать, глядя на эту умилительную картину.

— Как назовёте? — стою, склонившись над Сарой и их с Артёмом сыном, вытирая бегущие слёзы.

— Алан, — подняв изумительные заплаканные зелёные глаза, произносит она. — Ему подходит.

Медперсонал вокруг улыбается: кто-то хвалит Сару за храбрость, кто-то отмечает, какое красивое они выбрали имя. Врач тем временем проверяет её давление и общее состояние, а акушерка аккуратно осматривает и помогает приложить ребёнка к груди.

— Ада, выйдешь к Артёму? — вдруг взволнованно уточняет жена брата. — Он, наверное, места себе найти не может.

То, с какой осторожностью она озвучивает просьбу, наталкивает на мысль о том, что родственница боится услышать отказ. Неужели она считает меня такой стервой? Думает, что откажусь, не захотев разговаривать с ним?

— Конечно, — натянув улыбку, осторожно сжимаю её руку. — А то Артём всю клинику разнесёт, не дождавшись новостей, — добавляю приглушённо на русском.

Сара устало хихикает, а я двигаюсь к выходу, по пути снимая шапочку и одноразовый халат. В голове куча мыслей, тело по-прежнему потряхивает от пережитого стресса, но несмотря на всё это я счастлива. Впервые за долгое время внутри сидит необъяснимое ощущение, что я сделала всё правильно. И нахожусь на своём месте рядом с близкими.

Едва моя нога оказывается в коридоре, как разъярённый папаша чуть ли не сносит меня с ног, пытаясь заглянуть в закрывающуюся дверь. Быстро сориентировавшись, упираюсь растопыренными ладонями в твёрдую грудь Тёмы, стараясь оттолкнуть этого Годзиллу подальше.

— Всё в порядке, — действую на опережение с новостями, чтобы он хоть немного выдохнул. — Успокойся, Артём!

— Как Сара? Почему так долго? — чуть наклонившись, Князев хватает меня за плечи, с силой сжимая.

— С Сарой и с малышом всё в порядке, — произношу уже мягче, невзирая на то, что мне больно от его прикосновений. — Не волнуйся.

— Слава Богу, — восклицает Арт, громко и облегчённо выдохнув.

Почему-то в этот миг меня озаряет мысль, что до этой минуты я никогда не слышала от брата подобных слов. Его и религиозным-то не назовёшь. Не знаю, что происходит, но мне становится жаль Тёму. Возможно, всему виной это сентиментальное настроение и странное ощущение сближения из-за того, что я стала свидетелем появления на свет его сына… моего племянника.