Книга Чингисхан. Просто о сложном, страница 44 – Геннадий Веретельников

Вы знали, что полномочия капитана на борту обычного пассажирского самолета безграничны. Он может арестовать кого-либо, выписать штраф и даже оформлять завещание умирающего. Удивительно, но факт.

Спустя минут двадцать, водитель начал смотреть на телефон. Но связь была односторонняя, поэтому звонить было некуда. Прошло еще минут пять, и мы услышали вой сирен. Потом, где-то далеко что-то глухо бахнуло.

Прошло еще пять минут. Потом еще пять. Водитель начал куда-то звонить и очень долго и внимательно слушал кого-то, не перебивая. Опустил руку с телефоном и повернул ко мне голову.

Судя по его глазам, ничего хорошего он там не услышал. Потом он, медленно по буквам выговаривая слова, сообщил мне, что при посадке самолет с Анатолием врезался в машину технической помощи, которая непонятно как оказалась на его пути. Выживших нет.

Когда-то в университете я читал о эллипсизме. Это чувство печали, которые испытывает тот, кто вдруг понимает, что не увидит будущего. Например, старый человек может грустить из-за того, что не увидит, как его новорожденный внук станет взрослым. Вот именно сейчас, в этот момент меня накрыло чувство эллипсизма. Я понял, что мира скоро не станет, все зависело от меня, и я выбрал не того человека, кто бы мог мне помочь. Мало того, что с моей косвенной помощью Анатолий погиб, так еще и мир поставлен на грань катастрофы.

Мы долго молчали. Прошло какое-то время, даже затрудняюсь сказать сколько. Вдруг водитель ожил и сказал:

— Сергей.

— Что «Сергей»? — спросил я

— На самом деле меня зовут Сергей.

— Меня всё ещё Владимир.

— Владимир, я могу Вам чем-то помочь?

— Вы мне и так уже жизнь спасли. Я бы без Вас не выбрался из своего дома, а если бы и выбрался, то только вперед ногами, это факт, — я ответил и опять попытался улыбнуться. Выходило не очень. Сергей продолжил:

— За моей спиной много разных ситуаций и горячих точек с приключениями в разных концах этой странной планеты. Много чего видел. Много чего потерял. Где-то что-то приобрел, но могу сказать следующее, дружище. Если у тебя остаются целыми руки, ноги, голова, то повода грустить нет. Вообще, — и он откинул спинку кресла автомобиля. Потом продолжил:

— Я не имею понятия о том, связана ли эта трагическая авария с тобой, но понимаю, что Шеф все бросил и летел к тебе, значит ты хороший человек. Я его знаю еще со времен, когда мы служили «за речкой».^[26]

И Анатолий никогда не имел дела с негодяями. Если бы имел, то был бы, наверное, в десять раз богаче. Но я бы на него не работал. И не дружил с ним. Соответственно Вы, Владимир, сразу и автоматически попадаете в ранг честных и добропорядочных людей. И я готов Вам помогать. Тем более мне уже перевели на счёт более, чем приличную сумму на расходы, связанные с Вашим делом. Я готов её отрабатывать. Куда едем?

Мне все было предельно ясно и понятно. Цель стоит — достучаться либо до Президента, либо до Министра обороны. Но совсем не ясно, как это сделать. Я повернул к нему голову и сказал:

— Сергей, поехали завтракать, на голодный желудок сложно принимать решения, тем более нам предстоит спасти мир, — и я улыбнулся. Впервые за этот день.

Сергей на меня посмотрел изучающим взглядом, но никак не прокомментировал мое громкое заявление. Машина тронулась с пробуксовкой и меня вдавило в сидение. «Ворон» по дороге рассказал мне краткую историю о том, каким интересным человеком был его трагически погибший напарник и компаньон. Как они закончили службу, и их раскидала жизнь в разные стороны. Потом случайная встреча в Ялте. Я узнал, что первым совместным делом Сергея с Анатолием было приобретение самого дорогого ножа в мире «Жемчужина Востока», некогда созданного сэром Бастером Варенски, мастером-ювелиром мирового уровня, из настоящего 18-ти каратного золота. Вот так я и узнал, каким интересным бизнесом промышляли те, к кому я обратился за помощью. Хотя мошенничество — это вариант обмана. А обмануть можно лишь того, кто тебе доверяет несколько больше, чем ты того заслуживаешь. Из этого выходит, что те, кто покупали, не являлись дурачками, но жаловаться на то, что они купили ворованное, они точно не будут. Да и не совсем ворованное. Вернее, совсем не ворованное, а обычную подделку с громкой историей. В общем, дело обстояло так. Весь мир из газет знал, кто настоящий владелец ножа. Это Анатолий. Спустя несколько лет произошел громкий скандал. Этот нож был похищен прямо из музея в Каире, куда был любезно предоставлен Анатолием Веретом для экспозиции к юбилею местного Премьер-министра.