Книга Ведьмина ночь, страница 104 – Екатерина Насута

Вряд ли.

Спинным мозгом чую, что так легко все не обойдется.

— А может… они ведь давно тут. Источник этот. Роща запретная… дед про нее мало знает. Наина про рощу говорить не любила. И не говорила. Никогда. Да и вела себя… когда стало ясно, что род вот-вот оборвется, она же не особо обеспокоилась. Почему? Ведь если хранитель нужен, то она должна была бы искать. Хоть кого-то. А она… к ней приезжали в гости, особенно, когда стало известно о смерти дочери.

Потому что нормальные ведьмы, в отличие от меня, знают, что ведьмак силу не наследует. И род не продлит. А сила у Наины была и немалая.

И этой бы силой по уму распорядиться.

И… и обязана она была назначить преемницу. Научить её. Отвести на поляну заповедную, дубу представить. Рассказать, показать… а она тянула.

До последнего.

Потом и вовсе умерла, что совсем уж предосудительно, если так. Неужели, не понимала, что возможно такое? Не верила? Или… все-то понимала и верила, но… не находила никого по нраву? А Афанасьев взял и нашел?

Меня вот?

Тоже слабо… и главное, не идут из головы те слова, про дитя… проклятое. Почему? Кем?

— Мне кажется, что если не разрубить этот узел, то после смерти тех, кто проклятье наложил, источник уйдет. И ладно, если пересохнет по-тихому, но… история знает случаи, когда источник умирал мучительно, забирая жизни у всех, кто рядом, — княжич поднялся. — Вы… простите, но я должен поговорить с дедом.

А я с Афанасьевым.

И не важно, что третий час ночи и нормальные люди спят. Но он должен ответить! Должен хоть что-то рассказать, показать…

Афанасьеву было плевать на его долг. И трубку он не взял. Точнее в трубке приветливый женский голос сообщил, что абонент находится вне зоны действия сети.

Чтоб его!

Тут катастрофа грядет, а он, поганец, смылся куда-то. Ничего. Завтра я снова дозвониться попробую. Сперва в участок. Должны же там знать, что и к чему. А если нет, то и съезжу. Машина вон имеется.

С этой успокаивающей душу мыслью, я легла спать. И что удивительно, на сей раз сон мой был спокоен, ни змеедев, ни ведьм из прошлого, ни слишком уж живых покойников.

Только коридор из свечей.

И зеркало впереди.

…суженый, мой ряженый…

Девичий тонкий голос выводил слово за словом, дрожал от страха, и следом дрожало пламя свечей, но не падало, не обрывалось.

…явись ко мне…

И я шла.

По этому коридору. Шла на голос, который звучал совсем рядом. И если успею… надо успеть, иначе снова темнота… очень надо… но коридор казался бесконечным, а зеркало, бывшее вроде бы недалеко, не приближалось.

Сон, что с него взять.

Телефон разрывался над ухом.

Нервно так зудел. Звенел. Вибрировал. Чтоб вас всех… я нашарила трубку.

— Да?

— Ты еще спишь⁈ — в голосе Святы звучало искреннее удивление. — Шествие через час начнется, а ты еще спишь!

— Сплю, — согласилась я, не чувствуя по этому поводу ни малейших угрызений совести. И даже зевок давить не стала, наоборот, потянулась в мягкой постели. — Что за шествие?

— Невест!

Не хватало…

— Я… пропущу, пожалуй.

— Нельзя. Деда что сказал? Записать. Маверик тебя записал. И номер надо получить, но я его тебе привезу… ты же не суеверная?

— Не особо.

— Вот! Вставай! И скажи, чтоб впустило!

— Кому сказать?

— Дому! Скажи просто, что меня впускаешь.

— Я впускаю её, — пробормотала я, пытаясь нашарить тапочек. Точно помню, что вчера у меня тапочек был. Но теперь куда-то подевался. Впрочем, пол был теплым, поэтому и без тапочка не простужусь.