Книга Ведьмы.Ру 2, страница 102 – Екатерина Насута

— В принципе, да. С одной стороны, она жена его родного дяди. С другой, вероятно, мать его единокровного брата.

— Вероятно?

— Вероятно, — Элька постучала пальцами по столу. — Ты же не знаешь, делал ли твой отец анализ…

— Не знаю, — согласился Данила. — Но…

Спросить?

Позвонить? От одной мысли тошно стало.

— Если измена была однократной, то сугубо статистически шанс забеременеть от мужа выше, чем от случайного акта. Даже в случае тщательного планирования и удачного времени нельзя гарантировать наступление беременности.

— Она не стала бы врать, — сказал Данила и страстно захотел, чтобы Милочка солгала.

— Почему? Наоборот. Заявленная готовность к проверке не означает готовности реальной. Кроме того, даже если твой отец и делал анализ, то перепроверить стоит, поскольку вряд ли он брал его лично или ездил с младенцем в лабораторию. Ему вполне могли вручить материал, а где и кем он был собран? В каких условиях? И вовсе чей это был материал? Да и лаборатории бывают разными. Тем паче, что даже в случае ошибочности указанного предположения, кровная связь имеется. Дядя и племянник тоже имеют часть общих генов, а далеко не везде способны грамотно установить степень родства. Даже сейчас. А разговор состоялся более десяти лет тому. Тогда и технологии отличались, притом существенно.

Это теперь что, Даниле надо как-то пообщаться с Лёшкой, взять у него… а что берут?

— Даже если не брать в расчёт технологии, то и методики определения различны. К примеру, для установления отцовства в отношении мальчиков часто исследуют именно У-хромосому, которая практически не изменяется при переходе из поколения в поколение. А значит, у твоих отца и его брата она с высокой долей вероятности будет идентична по структуре, ведь они сыновья одного мужчины. И такой анализ при кажущейся поверхностной точности на самом деле будет малоинформативен. Вернее велика доля ошибки. Здесь нужен будет комплексный подход с установлением аутосомных маркеров. А это не всякая лаборатория практикует.

Так а что у Алёшки всё-таки брать? Кровь?

Или слюны хватит? И где её, эту слюну, добыть? Или… нет, а смысл? То есть, глобально смысл имеется, но…

— Погоди, это потом, — Данила поднял руку, и Элька замолчала. — Я о другом… я… можно, я просто посижу вот? Подумаю. Сам это всё переварю…

Он поднял взгляд и попросил:

— Пожалуйста.

Глава 22 В которой зреет заговор и появляются новые действующие лица

Я соврал, когда говорил, что на ней была футболка. Это был полуплащ на правую сторону. Это как обычная мантия, только одна половина ее вдоль спины, не считая капюшона, и рукав по локоть отрезаны.

Ещё немного о сложностях фэнтезийной моды

Данила остался на веранде.

Ульяне было страшно уходить. А вдруг ему опять плохо станет? Или, хуже того, провалится? Или вообще решит, что устал от этой кутерьмы и уйдёт. Немного успокаивало понимание, что уходить ему некуда. И за то, что это понимание успокаивало, тут же становилось стыдно.

Получалось, что она, Ульяна, радуется чужим неприятностям?

— Я ещё раз приношу свои извинения, — сказал Василий.

— Это даже к лучшему, — Элеонора ответила за Ульяну. — Иначе мы бы не узнали то, что узнали.

— А нам надо было? — спросила Ульяна тихо.