Книга Ведьмы.Ру 2, страница 32 – Екатерина Насута

— Д-да…

— И меня бы не обидел?

— Н-нет… Д-да… н-не знаю.

— А хочешь, я тебя поцелую?

— Д-да… — рука разжалась и Лялин хвост выскользнул из пальцев бритоголового типа самой неприятной наружности. Вот так и тянуло ему пожелать чего-нибудь этакого.

Ульяна сделала глубокий вдох.

И выдохнула.

Что-то подсказывало, что ему и без ведьминых пожеланий хватит. Ляля же, крутанувшись, положила ладони на плечи типа.

— Какой славный… — и что-то было в её голосе такое, заставившее Ульяну вздрогнуть.

И как-то вот вспомнилось, что в мифологии, той, народной, по которой она зачёт автоматом получила, русалки значились отнюдь не милыми созданиями.

Но… это посторонние.

А Ляля?

Ляля же… она хорошая. У неё и лопаты нет.

Ляля потянулась и коснулась губами губ. Кто-то совсем рядом выдохнул, резко так, нервно даже. А Ляля отстранилась.

— Хорошо тебе?

— Х-хорошо.

— Любишь меня?

— Любит, любит, — проворчал дядя Женя. — Куда он теперь денется-то?

Чтоб.

А объяснить толком?

— И расскажешь? — Ляля провела пальчиком по щеке бандита, который явно впал в ступор. — Кто тебя послал?

— Так… это… Сиплый.

— Кто такой Сиплый? Он тут есть?

— Н-не-а.

— Ладно, мы к нему попозже заглянем, — согласилась Ляля. — А пока… скажи, что вам приказали?

— Забрать девку.

— Меня?

— Её вот, — бритый указал на Ульяну.

— Зачем она тебе, когда я есть? — Ляля чуть нахмурилась. — Или ты собрался меня променять?

— Я? Я… нет…

— Петенька, не ври.

— Всех забрать! Кто будет… она и другие… если девки. Им вот руки-ноги переломать, но чтоб не до смерти.

— Видишь, они тоже пацифисты, — сказал Мелецкий демону. — Не до смерти.

И Василий кивнул, заметив:

— Вижу. Точнее, слышу. Мне и раньше думалось, что у людей и демонов куда больше общего, чем принято считать.

— И потом куда? — продолжила допрос Ляля.

— Девку… ту, которая она, её Сиплому. И попугать. Не калечить, но так, чтоб…

— Самоубийцы, — дядя Женя покачал головой. — Определённо город дурно влияет на людей. Прям-таки реально способствует развитию суицидальных наклонностей.

— А остальных можно себе. Ну, на попользоваться… как обычно.

— То есть, это не первая ваша поездка?

— Н-нет.

Ляля кивнула и призадумалась, закусив губу. А тип остался стоять, вперившись в Лялю влюблённым взглядом.

— И много вы раньше… ездили?

— Так… не сказать, чтоб часто. Когда заказ Сиплому приходил…

Кто-то в толпе дёрнулся было, явно намереваясь отступить или вовсе позорно бежать. И Ульяна, обернувшись, рявкнула:

— Стоять! Пока не прикажу обратного.

— Улька, — Мелецкий попробовал дёрнуть плечом. — А может, в следующий раз ты как-нибудь разделять будешь? Вот им — стоять и не двигаться, а мы — типа свои.

— Своим двигаться можно.

Вот как это работает?

В магии тоже используют словоформы на начальных этапах обучения, но исключительно потому, что правильно поставленная фраза способствует установлению правильного дыхания.

Или восстановлению?

Главное, что дыхание опосредованно влияет на циркуляцию силы. В общем, всё понятно и логично. А тут? Где тут логика? Где здравый смысл?

— Спасибо.

— … а в прошлом месяце двоих девок взяли… — бритоголовый старательно то ли каялся, то ли делился богатым опытом.

— И что сделали?

— Так… известно, что. Того… ну… но они обычные! Не такие, как ты…

— Слушай, Васёк…

— Василий.