Книга Ведьмы.Ру 2, страница 7 – Екатерина Насута

Кажется, подобного Мелецкий не ожидал.

— Если окажется, что ваш договор имеет преимущество, я смогу настаивать на расторжении своего. И таким образом ситуация разрешится ко всеобщему удовлетворению.

Мелецкий икнул.

Из ушей вырвались облачка пара.

— Я сейчас принесу.

— Завтра, — строго сказала Антонина Васильевна. — Завтра всё изучите, почитаете и вообще. Спать пора. Его вон ещё на постой определить надо.

— О, поверьте, я совершенно неприхотлив. Меня устроит обыкновенный подвал.

— Боюсь, — Ульяна перевела взгляд с одного жениха на другого, пытаясь понять, кто из них её больше бесит. — Подвал занят. Там у нас гроб и мышиная империя.

Демон моргнул.

— Пока маленькая, — поспешил успокоить его Данила. — Можно сказать, зарождающаяся. Если хочешь завоевать…

— Воевать — на улицу! — бабушка идею не одобрила. — А то дай вам только волю. Чердак есть. Устроит?

— Там пыльно. И вещи, — попыталась возразить Ульяна.

— О, не стоит беспокоиться, — демон встал. — Вещи у меня с собой…

И портфельчик поднял.

— Большое спасибо за понимание и приют. Я действительно несколько растерялся. Но теперь понимаю, что в мире людей не так страшно, как о нём рассказывали.

— Идём, демонюга, покажу куда, — дядя Женя сполз со стула и бутылочку прихватил. — Только чур подпространство по контурам разворачивать и структуры укреплять.

— Обижаете.

— Предупреждаю. И глушилки есть? А то пойдёт ещё выброс…

— Несомненно…

— Знаете, — Ульяна проводила демона взглядом. — Вот у меня порой такое чувство, что я брежу.

— Только порой? — Данила сел и подвинул к себе банку. — Вкусная штука. Ошизеть просто… интересно, а поставки можно будет наладить?

— Ты серьёзно? Это ж демон!

— Ага, юриспруденции, бюрократии и занудства, — согласился Мелецкий, зачёрпывая варенье. — Но ведь вкусное же! Слушай, а если рот зажать, то…

Из ноздрей вырвались пучки огня и запахло жжёным волосом.

— Чтоб… — Мелецкий рукой накрыл переносицу и прогнусавил. — Теперь чешется…

Дурдом.

Определённо.

— Я, наверное, и вправду отдыхать, — Игорёк встал. — Никитку найду только. А с договорами — это хорошая идея. Может, хоть один скинуть получится.

Вот только какой?

Утро началось с птичьих трелей.

Птиц в округе было много. Ульяна, тихо застонав, попыталась спрятать голову под подушкой, но лежать так было неудобно, а ещё трели проникали и сквозь подушку.

— Уль, а ты уже проснулась?

Спрашивать, откуда в комнате взялась Ляля, было, наверное, бессмысленно.

Взялась и взялась.

— Нет, — сказала Ульяна. Надежда, что кузина поверит и уйдёт, решивши не мучить и без того измученного человека, не оправдалась:

— А там твои женихи тебя делят.

— Когда поделят, тогда и приду.

— Демон предлагает совместное владение, а Данька против. Данька предлагает дать демону в морду, но тот говорит, что битие морд юридической силы не имеет, если, конечно, уголовный кодекс не применять. Но Уголовный и Гражданский кодекс — это разное. Он такой миленький!

— Кодекс? — Ульяна подушку приподняла.

— Демон… просто лапочка… так и хочется пожмякать. Ты не против?

— Я? Нет. Но он может быть против, — Ульяна стянула подушку и осознала, что вставать придётся, пока они там не подписали чего-нибудь этакого, про совместное владение и задолженность супружескую.

— Думаешь? — Ляля натянула лазурные шортики, густо усыпанные стразами и искусственным жемчугом. Коротенькую маечку она подвязала под грудью.