Книга Ведьмы.Ру 3, страница 186 – Екатерина Насута

Без…

В машине Хозяин действительно уснул. И проснулся уже у парка, когда автомобиль остановился. Захотелось заорать, приказать ехать, раз уж спалось, но он лишь кивнул водителю, который любезно открыл дверь.

— Тут сиди, — велел Хозяин. — Жди.

И снова кивок.

В темноте парк воняет сырой водой и тоже химией. Всё вокруг химия. Всё вокруг мерзость. Он шёл и дошёл-таки до лавочки, на которой сидела ведьма.

Тварь.

— Совсем плохо, — сказала она, склоняя голову. — Надо же… а в тебе этого больше, чем мне казалось.

— Ты тоже… не лучше выглядишь.

Сегодня она постарела. И вот недавно же встречались. Красивая была женщина. Даже чересчур, если на то пошло. А теперь что? Бледное лицо разрезано морщинами. Веки опухли и такое ощущение, что весь предыдущий день она пила.

И главное, взгляд бесконечно усталый.

— Что есть, то есть… пришло время возвращать долги.

— Какие?

— Какие-нибудь. У тебя ведь есть долги, верно? Те, которые не деньгами занимал.

Он не стал отвечать. Не хватало.

— И у меня… у меня их столько накопилось. Что-то по глупости, что-то по гордости, что-то из зависти… ты никогда не думал, что мог бы прожить эту жизнь иначе? Не знаю, более… толково, что ли? Счастливо. И главное, с меньшим количеством долгов.

— Не думал. Мне некогда. Я…

— Сына спасал.

— Да.

— Когда он заболел? Сколько ему было?

— Ты поможешь⁈

— Я уже помогаю. Не знаю, зачтётся ли. И почему мне не всё равно. Обычно мне плевать на других. Но ты присаживайся, — она даже подвинулась. — Скоро всё решится… они уже на краю.

— Кто?

— Ульяна. И источник. А ты сделал то, что должно, чтобы они на этом краю не удержались. И теперь он сотрёт или её, или меня. Недавно мне казалось, что я совершенно точно знаю, кого именно он должен стереть. А сейчас вот…

Зелье пахло мятой. Резко. Приторно. Как дешевая жевательная резинка.

— Совесть проснулась?

— Вряд ли она у меня вообще есть. Но почему-то мне не хочется, чтобы она умирала. А тебе?

— Я не знаю твою дочь.

— Но у тебя есть сын. И он давно должен был умереть. Он и родиться-то не должен был. Только ты не позволил. Ты убивал других. Много-много других… сначала сам, потом уже и без тебя справлялись. Ты так его любишь?

— Да, — он выдохнул ответ с облегчением. — И я ни о чём не жалею.

— Ложь, — сказала ведьма, улыбаясь. — Но дело твоё…

— Ты мне поможешь?

Он заставил кулаки разжаться, сдерживая глухую ярость, заталкивая её туда, поглубже, в пучину сознания, где ей самое место.

— Помогу, — взгляд ведьмы был странен. — В конце концов, почему бы и нет… вот.

Щёлкнул замок её сумочки, и ему протянули поллитровую пластиковую бутылочку из-под минералки, заполненную мутным отваром. В зыбком свете фонаря тот отливал зеленью.

— Что это?

Руки дрожали. И ему пришлось сделать ещё одно усилие, чтобы унять эту мерзкую дрожь.

— А тебе не всё равно?

— Ты изменилась, — он всё-таки справился с дрожью и бутылку эту взял, и даже сумел открутить крышку. — Сколько?

— Нисколько. Пей, — ведьма пожала плечами и, скинув изящные туфельки, пошевелила пальцами. — Тебе никогда не хотелось переиграть прошлое?

— Ты…

Показалось, она знает. Откуда? Или догадалась? В дневниках записано, что им открыто больше.

— Я просто спрашиваю. Я вот хотела бы… знаешь, теперь даже удивительно, как оно всё получилось. Ошибка. И ещё одна. И потом другая, третья… все ведь ошибаются. Это как раз нормально. Но как и когда их стало так много, что они перекроили твою жизнь?