Книга Ведьмы.Ру 3, страница 30 – Екатерина Насута

Туман рассыпался пылью.

— Это… мне ведь показалось? — уточнила Марго.

— А то, — Женька вытер руку о штаны. — К институтским ей нельзя. Пусть у племяшки поживёт, там и девки, и мамка моя. Глядишь, и сообразят, чего делать. А у институтских она помрёт.

И сказано это было с такой уверенностью, что Наум Егорович только и кивнул.

— Дядь Же-е-ень! — донеслось из коридора. — Дядь Же-е-ень… а вы где?

— Тут мы! — крикнул Женька. — Ляль, ты давай, ходь сюда. И Ульку тащи, если приехала.

— Уф, у вас тут смердит, — из темноты первым выкатился рыжий шар, который превратился в шпица. То есть, сперва Наум Егорович принял существо за шпица, потом подумал, что у этого шпица с мордой чего-то не то.

А потом шпиц чихнул и, вытерши морду лапой, произнёс:

— Дурдом…

И Наум Егорович согласился, что натуральнейший, потому что говорящие шпицы ему прежде не встречались. Впрочем, как и мыши в форме.

И ведьмаки.

— А мне это тоже показалось? — шёпотом спросила Марго. — Если так, то хорошо… я всегда мечтала собаку завести… можно погладить?

— Можно, — разрешил шпиц, но тут же уточнил. — Руки, надеюсь, чистые?

— Чистые, чистые, — Женька ответил за девчушку. — В общем так, я, конечно, отдохнувши, морок ещё с полчаса продержу точно, но вам бы всё одно поторопиться. Уль, твоя помощь нужна. Чуешь тут людей?

Две девицы, вышедшие из полумрака, показались Науму Егоровичу знакомыми. Особенно та, которая с длинными волосами.

Он моргнул.

И узнал.

И рот закрыл, чтоб не ляпнуть ничего такого, лишнего. Только понадеялся, что девиц камера тоже возьмёт, а дальше уже — не его, Наума Егоровича, дело. Ему что было сказано?

Наблюдать.

— План такой, надобно всех, кто тут спит, пробудить и отправить прогуляться по территории…

— Я могу водой попробовать, на дюжину-другую силёнок хватит, — предложила та, что с длинными перламутровыми волосами.

— Если не выйдет, тогда и водой. Но я вот тут покумекал, что лучше бы иначе. А то пока отливать, пока вышёптывать — много времени уйдёт. Лучше уж ты, Уль, во сне их позови, гулять.

— В-во сне?

— А то. Во сне, небось, до любого достучаться проще. И чары твои лягут крепко.

— А как?

— Наум, проводи вон девоньку, передай там… Данька с тобой?

— И Данька, — вздохнула вторая, с тёмной косой. — И Василий. И Алексей ещё. Это брат Даньки… в общем, много кто.

— Ага. Тогда… Наум, ты, главное, Ваську не трогай. Помнишь? Гибче будь. А ты, Уль, сюда иди. Руки давай и закрой глаза, так оно получится легче.

Я уже был в лесу, и натянул тетиву. Заметив зайца, и стрельнул в него. Но заяц во время увидел стрелу, и быстро ускакал.

Повесть о зайцах-мутантах

Пальцы у дяди Жени тёплые.

Горячие даже. И в них ещё светляки живут. Ульяна глаза закрыла, а светляков всё равно видит. Или правильнее сказать, что ощущает? Про правильность она-то не очень, но вот ощущает же.

И дядю Женю.

И ещё других вот. И видит тоже.

— Ты не спеши, — голос у него мягкий, спокойный. — Сперва вдыхай и выдыхай.

Ульяна послушно вдыхает.

А потом выдыхает. И её сила, прятавшаяся внутри, — оказывается, внутри Ульяны столько места, что можно спрятать много-много силы, — вырывается с выдохами. Она не растворяется в окружающем пространстве, скорее уж прорастает в него.