Книга Ведьмы.Ру 3, страница 61 – Екатерина Насута

Василий вытянул руку и посмотрел на неё.

Потом на вторую.

И почесал лоб. Данила прищурился, потому что ему показалось… нет, точно показалось. Или нет?

— А теперь получилось? — уточнил он, прислушиваясь к себе. Ужаса не ощущалось, скорее растерянность и некоторая обида, потому что выходило, что он опять вроде бы как не при делах. Готовился грудью встать на защиту, а оно уже и не надо.

— Случайно. Мне удалось направить волну и сохранить контроль над ней и собой. Но кажется, началась локальная аллергическая реакция. Лоб чешется.

И поскреб.

— Не, это у тебя… руку убери, — Данила подождал, пока Василий отнимет пальцы. — Это не аллергия, Вась… это у тебя рога режутся.

Самозванца повесили и выслали на север.

О важности правильного оформления сложных приговоров суда.

Стас очнулся.

Сон был хорошим.

Таким… в нём мама была жива. А он заканчивал мед и уже договорился о прохождении ординатуры под руководством Млынского, который редко кого к себе звал, но Стаса заметил. И сказал, что у него талант. И отец в кои-то веки не стал ворчать, что можно бы дару найти другое применение, видно, тоже гордился. А Данька сказал, что у него и сомнений не было.

И сам…

Вот тут как раз сон и закончился. И Стас открыл глаза. Не хотелось. Опять будет потолок, гладкий и ровный, такой раздражающий, чтоб ни лишней трещинки, ничего. И серое пятно вместо окна. И в целом ожидание, выпустят сегодня хоть куда-нибудь.

Но потолок оказался другим.

Стас моргнул. А потом вспомнил. Перевели же. Авария. И суета. И появление санитаров, которые вкатили укол вне графика. Он-то давно научился отслеживать время по внутренним часам. И дозу дали промежуточную, оглушающую, но не выключающую. А Стас, к счастью, успел немного восстановиться с прошлого сеанса, вот и запустил вывод снотворного.

И дорогу запомнил.

Корпус, тот самый, который их красить оставили. А он тогда сумел до телефона добраться, только…

Нет, этот потолок тоже был другим. Совсем. В палате его, как и его соседа — тощего парня с землистым лицом — привязали к кроватям. Не сильно, поскольку давно уже никто не пытался вырваться, скорее порядка ради. Привязали и велели вести себя хорошо. Будто бы силы оставались вести себя плохо. Стас и лежал, глядя на потолок. И этот определённо был другим.

Белый.

И с трещинками. А по краю — лепнина, которую давно стоило бы подкрасить. И… и кровать другая. Не больничная кровать. Окно. Без решёток. Дыхание перехватило. И Стас решился повернуть голову. Стена. Не сизая и не белая. С обоями. В цветочек.

От счастья хотелось разрыдаться.

И…

— Проснулся? — спросил кто-то. И Стас повернул голову в другую сторону, после чего с разочарованием был вынужден признать себе — он спит.

Сон продолжается.

Просто один сменился другим, а что ему показалось, будто он проснулся, так это бывает. Игра сознания или подсознания.

— Нет. Я сплю.

— Проснулся, — сказала девушка, которой просто-напросто не могло существовать наяву. — Ты лежи. Я Даниле наберу. Он просил сказать, когда ты проснёшься.

И телефон достала. Стас вместе с ней гудки послушал, и когда она нахмурилась — Данька как обычно не слышал звонка — поинтересовался:

— Ты его девушка?

— Я? Нет. Я кузина его невесты.

— А у него невеста есть?