Онлайн книга «Ведьмы.Ру 3»
|
Они дошли и до цеха. И дверь была приоткрыта. Из-за неё доносились громкие латинские завывания, заставившие парня закрутить башкой. — Там… кто? — Друзья, — сказал напарник, подтолкнув. — Твои новые. Иди давай… Пигалёв, а ты что стоишь, как хрен посеред огорода⁈ Помогай! Пигалев впихнул парня в комнатушку, из которой тянуло благовониями и дымом. От дыма тотчас зачесалось в носу, и он поспешно этот нос зажал. Не хватало надышаться этой вот дрянью. Но, видать, поздно, потому что в голове зазвенели колокольчики. И страх… — Надо идти, — напарник мялся у двери. — Снимать… — Но… — И команду дать. Они ж ничего не соображают. — Я на это не подписывался! — Можно подумать, я подписывался⁈ — возмутился напарник. — Никто… но ты ж понимаешь, Пигалёв, что чистым тут не останешься. — Я… я… — он сглотнул. — Вместе? — Давай, — напарник вытащил телефон. — Заглядываем аккуратно. Он потянул на себя дверь, расширяя щель. И выставил руку с телефоном. Пигалёв свой тоже достался, стиснув изо всех сил. Не хватало ещё уронить. А всё-таки одно дело — охрана родового объекта. И совсем другое — организация убийства. А это она и есть. И как Пигалёв докатился? Когда и где свернул не туда? И главное, что ему теперь делать? — Вита ностра бревис эст, Бреви финиэтур! — доносилось бодрое. — Бе! — вплелось в хор голосов блеяние. Такое вот требовательное. — Охренеть, — сказал напарник, подвигаясь. — Ты это видишь? Пигалёву пришлось подойти ближе. И он понял, что всё-таки надышался. И что дрянь, которую в свечи упрятали, была на диво ядрёной и просочилась за пределы помещения. Потому что иначе как это объяснить? Комнатушка, расписанная рунами, причём некоторые зловеще светились. Свечи. Гореть они горели и дым поднимался к потолку, чтобы потом, закрутившись спиралью, опустится в центр пентаграммы. В тот самый, где на заднице сидел козёл. Пигалёв потёр глаза. Мерещится. Или нет? Козёл был чёрен, как уголь, рогат и бородат. А вокруг него, этаким кружком, расселись сатанисты в нелепых балахонах. Они и читали эту ахинею. И главное, каждый держал в руках листок, а козёл дирижировал. Натурально. Поднял переднюю ногу и махал влево-вправо. Сатанисты же ритмично, как речёвку, выдавали: — Вэнит морс велоцитер, рапит нос атроцитер… — Это они чего? — спросил Пигалёв. — Надышались? — Наверное… — А козёл? — И он надышался. — Бе! — копыто бахнулось о пол и так, что, показалось, само здание содрогнулось. — Бе-бе! Ме! — А я тебе говорил, Светка, что у тебя чувства ритма нет! — Да иди ты… — Бе-бе! — Давайте уже нормально почитаем, а то мне домой надо… извините, Фёдор Степанович, мы сейчас соберемся с силами. — Ме! — Может, не надо сначала⁈ — Они с ним… разговаривают? — Пигалёв включил-таки камеру, подозревая, что просто на словах описать это вот всё не выйдет. То есть, он опишет, но вряд ли кто-то поверит. Сам он точно не поверил бы. — Хуже. Ладно, когда они с ним. Так ведь тут наоборот! Он с ними разговаривает. А это крыша… так… сейчас смотри. Я вхожу и чётко даю команду. Ты останавливаешь запись, чтоб я не попал… что ты… стирай! — Да я… — Стирай, а то Вахряков с дерьмом сожрёт, если засветимся. Вот… бери мою. Смотри, я выхожу и тогда, только тогда ты начинаешь съёмку. Ясно? — Да, — Пигалёв нашёл взглядом парня, которого они привели. Тот, перешагнув порог комнатушки, присел у стены, скрестив ноги, и спокойно так смотрел на происходящее. А если… если записать всё, как есть? Парня, конечно, не спасти, но это видео дорого можно будет продать. |