Книга Укрощение генерального, страница 37 – Татьяна Романская

— Я хочу почувствовать тебя.

Я так близко. Он тяжело выдыхает и ерзает на кресле, его эрекция напрягается под брюками костюма.

— Я тоже, - шепчет он, прикрывая свой твердый член рукой. - Очень сильно.

Взгляд его глаз, полный дикого, животного желания, сводит меня с ума.

— Трахни меня, Денис, - кричу я, на грани потери самообладания. - Пожалуйста, я хочу, чтобы ты был во мне.

Его глаза сужаются, когда он пытается сохранить самообладание. Звук его телефона, падающего на пол, усиливает напряжение. Я издаю последний крик, когда мое возбуждение достигает своего пика, и падаю на него сверху, затаив дыхание. Я закрываю глаза, пытаясь отдышаться. Под моими волосами я слышу, как он пытается выровнять дыхание.

— Ты только что погубила меня, - рычит он, - навсегда.

Я сажусь, улыбаясь, чувствуя прилив сил после оргазма.

— Алина, - вздыхает он, проводя пальцами по волосам, - мне нужно ответить на этот звонок. Подняв телефон, он встает и мягко отталкивает меня. Я слышу в трубке разъяренный голос того самого Николая.

— Что за херня, Денис? - рычит Николай. - Где ты? Ты должен был быть на связи десять минут назад!

Денис встречается со мной взглядом и морщится.

— Успокойся, Коль. Я перезвоню через пять минут. Я сейчас иду к машине.

— Ты будешь проводить переговоры из машины, Денис?

Я никогда не слышала, чтобы кто-то был так зол, и уж точно никогда раньше не слышала, чтобы кто-то кричал на Дениса.

— Ты хоть понимаешь, насколько непрофессионально это выглядит?

— Дай мне минуту, Коль.

Он отключает звук, выражение его лица болезненное и взволнованное, когда он смотрит мне в глаза. Его голос смягчается, когда он говорит:

— Мне, правда, нужно идти, Алин.

— Все в порядке, - улыбаюсь я. - Но на случай, если ты забудешь...

Я беру его за руку и провожу ею по своему все еще влажному входу.

Он стонет, затем обхватывает руками мой затылок и притягивает мой рот к своему, яростно атакуя его губами. Я широко раскрываюсь в ответ, наши языки встречаются с одинаковым желанием, когда он проникает в мой рот. Я чувствую его твердость у себя на животе, и он скользит пальцем глубоко внутрь меня, заставляя меня застонать ему в рот.

— Похоже, ты нарушил свое обещание не прикасаться ко мне, - тихо стону я.

Он убирает палец у меня между ног.

— Похоже, что да.

Затем он выходит за дверь, оставляя меня в полном одиночестве ужасно мокрой и дико возбужденной.

Денис

Я не лгал, когда говорил, что Алина погубила меня. Я чуть не потерял крупный контракт только потому, что сидел и смотрел, как она мастурбирует.

Николай все еще злится на меня, хотя каким-то чудом мне удалось не прощелкать сделку. Он был слишком зол, чтобы выпытывать подробности того, почему я был не на связи. Я не могу объяснить этого даже себе, не говоря уже о Коле. Я делаю глоток кофе. После телефонной конференции, которая продолжалась до 2 часов ночи, Николай прочитал мне тридцатиминутную лекцию о том, каким безрассудным я был, как мы работали над этой сделкой в течение нескольких месяцев и как она стоила каждой потраченной минуты.

Но наблюдать за тем, как Алина кончает, стоило любой сделки.

Петр Иванович, бубнит что-то бестолковое, когда я вхожу в конференц-зал. Он выпячивает грудь, чтобы показать мне, что, по его мнению, он контролирует ситуацию. По сравнению с любым другим офисом «Юнилекс», этот - просто смех. Конференц-залы напичканы устаревшей техникой, из-за чего половина времени уходит на установку проекторов для презентаций. Я буду рад покинуть этот тесный офис, когда на следующей неделе мы переедем в новую штаб-квартиру «Юнилекс».