Книга Укрощение генерального, страница 97 – Татьяна Романская

— Это, конечно, не песня, но все-таки.

— Ты не умеешь петь, - говорю я, закатывая глаза.

— Это был бы худший подарок на свете.

— Никита, это уже слишком, - ворчу я, глядя на подарок.

Это путевка в Италию для меня и подруг.

Аня радостно кричит рядом со мной.

— Ура! Каникулы!

— Ерунда, - говорит Никита. - Ладно, мне действительно пора идти. Я и так опаздываю. - Он допивает остатки виски и ставит пустой стакан на стол. Максим и Денис следуют его примеру. - Дамы и Павел, было приятно увидеться с вами. Алина, хорошего тебе дня рождения. Я люблю тебя, сестренка.

— Спасибо, - улыбаюсь я, пытаясь скрыть свое разочарование, пока Денис надевает куртку и перчатки.

Он поворачивается, когда Никита выходит из-за стола.

— Пока я не забыл, - он протягивает мне конверт, и наши руки соприкасаются. - С днем рождения, Алина. Это просто открытка. Открой ее, когда нас не будет.

В замешательстве я наощупь понимаю, что в открытке что-то есть. В его глазах читается неудовольствие, но он машет на прощание и следует за Никитой и Максимом к двери. Я вскрываю конверт, и что-то сверкает у меня в руках.

— Боже мой, - ахает Оля, когда мы все смотрим на бриллиантовое колье.

— Оно настоящее? - я задыхаюсь.

— Конечно, настоящее! - шепчет она. - И тебе еще нужны какие-то подтверждения??? Оно стоит целое состояние!!!

Я задыхаюсь.

— Я не могу поверить.

— Ух ты, - говорит Аня, - то, что происходит между вами, - это больше, чем просто секс.

Я с трудом сглатываю. Да, дело не только в сексе. Это совсем не то, что я чувствовала раньше. Я безнадежно, полностью, безвозвратно влюблена в этого мужчину. Но я не могу сказать этого вслух. Я хочу его каждой клеточкой своего тела. Я никогда никого так не хотела, и эта мысль приводит меня в ужас, потому что любить так сильно - значит, что-то потерять.

Алина

Неделю спустя, в четверг вечером, когда я вхожу в квартиру после работы, кто-то окликает меня по имени. Голос звучит странно, как будто кто-то плачет. Я снимаю обувь и быстро иду по коридору в гостиную.

Аня сидит на диване, ссутулившись, с красным лицом.

— Ань, ты чего? - я бросаю сумку и бросаюсь к ней. - Что случилось?

По ее щекам текут слезы.

— Алина, - всхлипывает она. - Прости меня, пожалуйста... Это вышло случайно, - это все, что я могу разобрать из ее криков.

Я волнуюсь. Я никогда раньше не видела Аню такой расстроенной.

— Анют, - я нежно пожимаю ей руку, пытаясь успокоить.

Она опускает голову, избегая моего взгляда.

— Наши электронные письма, - говорит она, подавляя рыдание.

Что она имеет в виду?

— Электронные письма, которые мы писали, когда обсуждали, что написать Денису, когда ты застукала его за мастурбацией, - объясняет она.

Ах, я вспомнила. Меня охватывает чувство страха.

— Да, и???

— Они были в моем рабочем почтовом ящике и... они утекли в наше издательство.

Я напряглась.

— И что?

— И, - причитает она, - теперь выйдет пост... Я не могу это остановить. Я умоляла их! - у нее вырывается глубокий вздох. - Я такая дура, Алина, - шепчет она сквозь слезы, - И мне так жаль. Пожалуйста, прости меня!!!

— Какой пост? - спрашиваю я, мое сердце бешено колотится, пока мозг пытается осмыслить то, что она говорит. - Покажи мне, - добавляю я, тяжело дыша.

Она кивает, вытирает слезы со щек и достает свой ноутбук.