Книга Мачо для стервы, страница 30 – Татьяна Романская

— Но… — ладонь Яны опускается на верхнюю часть моего бедра.

Приходится снова обращать на нее все свое внимание, и прежде чем я успеваю опомниться, я наклоняюсь и шепчу:

— Чуть выше, и ты поймешь, как много я думал о том, что у тебя под платьем.

Я смотрю на ее приоткрытые в удивлении губы. Она сглатывает.

И теперь я вспоминаю, каково это, когда ее рот вжимается в мой пах.

Мне с трудом удается взять себя в руки и вернуться к беседе, а не смотреть на краснеющую красавицу рядом со мной. Я почти не замечаю, когда она вежливо отходит от стола.

Ладно, это ложь. Я сразу чувствую ее отсутствие.

— Извините. Переборщила с вином, — говорит она. Это едва ли похоже на правду, она не больше пары раз прикоснулась к стоящему перед ней бокалу. Я убежден, что заставил ее смутиться.

Я очень доволен. Пока ее нет, мне легче сосредоточиться, и каким-то образом нам за столом удается достаточно обменяться мнениями, чтобы я укрепил интерес к компании и отметил возможных кандидатов на должность ее руководителя.

Яна возвращается через несколько минут. Сев, она протягивает свою руку к моей под столом. Я жадно хватаюсь за ладонь, отчаянно желая почувствовать ее кожу, но она не дает мне себя удержать, только вкладывает что-то в мою руку.

Я достаточно умен, чтобы не выставлять полученное на всеобщее обозрение, но я не могу не посмотреть. Когда я убеждаюсь, что за мной никто не наблюдает, я украдкой бросаю взгляд вниз, и, конечно же, в моих руках черные кружевные трусики.

Как можно незаметнее я прячу сувенир в карман. Я едва сдерживаю ухмылку, когда в следующий раз бросаю на Яну внимательный взгляд.

Ее улыбка в ответ натянута.

— Ты хотел узнать, — тихо говорит она. Жестоко. Да, я на самом деле хотел узнать, что у нее под платьем. Так и сказал. Хотя меня больше интересовала та часть, которая не снимается. Та часть, которую прикрывали трусики.

Черт возьми, да на ней же сейчас ничего нет.

Я не доживу до конца ужина, я уверен.

— Что ты сейчас сказала, принцесса? — спрашивает Александр Иванович, и мне требуется секунда, чтобы понять, что он слишком не вовремя обратил на нас внимание. Я очень рад, что вопрос адресован не мне, потому что я понятия не имею, как ответить.

К счастью, Яна сегодня на высоте.

— У Матвея болит голова, — говорит она, сочувственно похлопав меня по плечу. — Он только что посмотрел на меня несчастным взглядом, и я спросила, не хочет ли он уйти.

О, это хорошо. Хочется верить, что нас не подслушивали слишком внимательно, и такое объяснение вполне сгодится.

Вопросов, к счастью, больше ни у кого не возникает.

— Выглядишь немного бледным, Матвей.

Наверное, потому что я все еще в шоке от подарка, который она мне принесла. И еще больше в шоке от того что она делает это со мной специально. Выводит меня из равновесия ради... чего? Из обиды?

— Все нормально. Наверное, давление упало, — или, скорее, вся кровь прилила не к той части тела. — Думаю, скоро станет легче.

Вот только, как бы я ни старался, есть и беседовать мне больше не хочется. Единственное, чем я хочу полакомиться, находится в полуметре от меня, сидит в одном легком платье, без белья. Я едва почувствовал ее вкус сегодня, и теперь это единственное всплывающее в голове воспоминание. Мне жизненно необходимо получить больше.