Книга Любви много не бывает!, страница 85 – Ольга Варанова, Алиса Лисова, Таня Виннер, и др.

— Ну, конечно, расскажу, куда деваться-то теперь. Или что, думаешь, я тебя поматросил и всё? Завтра на бой придёт, сама догадается. Мне эти прятки по углам уже надоели.

Дальше слушать я не смогла, вернулась к родителям и постаралась нацепить на лицо улыбку, чтобы моя эмпатичная мать снова не стала задавать вопросы, а я не испортила всем вечер.

Через пять минут вернулся Громов, уселся за стол и положил телефон на скатерть. Мой взгляд намертво припечатался к темному экрану, а мозг уговаривал не делать поспешных выводов. Мало ли, с кем и о чем он мог говорить. Может, он вообще имел в виду совсем не то, чем это мне показалось. Тогда что?

— Эдуард, — папа прочистил горло. — Снова что-то планируете?

— Да, завтра женский поединок. Ноу-хау вроде как в наших стенах.

— Женский, стало быть…?

— Девчонки биться будут.

Папа недоверчиво выгнул бровь, а Эд рассмеялся.

— Вот я так же смотрел, когда предложили. А потом глянул на них и…

— Что же, так впечатляюще?

— Еще как! У них азарта… И схватывают на лету все. Старательные, послушные. У меня парни на тренировках ныли, а эти держатся, добавки просят, чтобы побольше погонял.

Еле удержалась, чтобы не фыркнуть. Еще бы они не просили. Особенно одна. Хлебом не корми, дай у Эда урок взять. Догадываюсь я, чему она там хотела научиться.

— Женька вон сегодня с семи утра в клубе и только вместе со мной закончила. Машина! Да я на нее смотрю и сам зажигаюсь.

— Прости меня, Эдик, — мягко вмешалась мама, приложив к груди руку. — Но, наверное, я никогда не пойму таких развлечений. Ладно мужчины, у них в крови эти споры, драки… Но девушки? Не могу себе представить, чтобы я или Катя, участвовали в таком.

— Вы просто не спортсмены, — хмыкнул беззлобно Эд, отвлекся на новое сообщение, коротко ответил и снова вернулся к нам. — Вам с Катей это и не будет интересно, вы другие. А мы… На одном языке что ли говорим. Этим жить надо, любить. Да, вы правы, наверное, это в крови. Только к полу отношения не имеет.

— Ну, главное, чтобы без травм обошлось, — примирительно улыбнулась мама и подняла бокал.

— И без омона, — добавил дегтя папа, получив от Эда укоризненный взгляд, и тут же миролюбиво улыбнулся. — Давайте за праздник. Пусть и не принято заранее, но…

Я нехотя присоединилась к остальным, хоть пить и праздновать что-либо вообще расхотелось. Остаток вечера Громов так же переписывался с кем-то, а я старалась делать вид, что этого не замечаю, и не смотреть в экран, где могу увидеть то, что мне не понравится. Догадывалась, кто мог ему написывать, и с большим трудом сохраняла самообладание.

Когда мы с ним попрощались с родителями и сели в машину, настроение было на нуле.

— Коза, ты чего груженая такая сегодня? — спросил Эд и включил правый поворотник на выезде из поселка. — Молчала все. Не узнаю тебя. То трещишь без остановки, а тут как воды в рот набрала.

— Перебивать тебя не хотела, так рассказывал интересно про тренировки. Заслушалась.

— Язвишь?

— Нет, ну что ты.

— Кать, что не так опять? — Эд повысил голос, резко дернув рычаг коробки передач и выжимая газ. — Просила приехать, я приехал. Оделся вон, как пингвин. Папе твоему не хамил в этот раз…

— Зато весь вечер или в телефоне сидел, или бойцов своих расхваливал.

— У меня бой завтра!

— Об этом и захочешь забыть — не забудешь, — с сарказмом улыбнулась я и отвернулась к окну. — Даже на семейный ужин этих монстров притащил.