Книга Прости, любовница моего мужа, страница 42 – Айнави, Джулиан Хитч

Наверное, Мирослава побледнела. Лодыжка отозвалась фантомной болью. По привычке она потянулась к ней, не сразу поняв, что Полина перехватила её за плечи. И, обеспокоенно заглядывая в глаза, спросила:

— Что с тобой? На тебе лица нет.

— Ничего… Я просто…

Но то, как она мямлила, лишь подстегнуло Полину к расспросам:

— Что он сделал, Мира?

Мирослава сделала пару глотков уже остывшего чая. Обвела взглядом кухню, словно убеждаясь, что она по-прежнему в безопасности.

— Если не хочешь, не рассказывай. – Полина по-своему истолковала её молчание.

— Нет, я расскажу. Просто тяжело вспоминать. Но я думаю, так лучше. Знаешь, – улыбнулась Мирослава, – раньше я злилась, когда ты ругала Игната, а теперь готова слушать это снова и снова.

— Гад! – тут же выругалась Полина. – Урод и подонок!

— Уже зная, что он мне изменял, я как-то сказала – в шутку, что однажды уйду от него. Зря, конечно, – вздохнула Мирослава. – Он как будто пропустил мимо ушей. Но потом прошло несколько дней. И как-то ночью, он предложил мне поиграть с наручниками… Ну, ты понимаешь… Разнообразить нашу сексуальную жизнь. Я согласилась.

Мирослава, не сдержавшись, всё-таки дотронулась до лодыжки, пытаясь унять неприятные ощущения. У неё давно ничего не болело по-настоящему, но память порой играла с ней злую шутку.

— И?

— Ту ночь и часть следующего дня я так и провела в кровати. Прикованная к ней этими самыми наручниками – за руку и ногу. Я даже кричать не могла, потому что Вася была дома. Игнат сказал ей, что я поехала по делам. Я слышала их разговоры, как он говорил ей, что мамочка скоро вернётся. Меня отпустил, когда уложил её на дневной сон. Я никогда не чувствовала себя настолько беспомощной… Это… Это словами не передать, как страшно.

— Мира… – голос Полины дрожал.

— Тогда он и сказал, что отпустит меня только если сам захочет.

Мирослава оказалась в объятиях Полины. Выдохнула, расслабляясь. Ей стало легче. На удивление спокойно. Тяжелый груз, который она так долго несла в одиночку, больше не давил на плечи. Может, Полина до конца не принимала её решения, но она принимала её саму, и это придавало Мирославе сил.

— Мне надо выпить, – наконец, произнесла Полина. – Мне на сухую это не переварить. Тебе налить?

Мирослава кивнула. Она давно ничего не пила – даже шампанское на вечеринках, куда иногда ходила с Игнатом, только пригубливала для виду. Ей нужна была холодная голова, потому что каждую свободную минуту строила планы, как изменить свою жизнь.

— Тебе повезло с Ниной, что всё выгорело, – поставив перед Мирославой стакан с мартини, вернулась к разговору Полина. – Но, я уверена, у тебя был запасной план. Я тебя знаю, ты не дура, только в том, что касалось Игната.

— Спасибо за комплимент, – отозвалась Мирослава. – Я тоже тебя люблю. – Но сразу став серьёзнее, добавила: – План был один – сбежать. Всё остальное – подстраховка.

— Но ты не собираешься ею пользоваться. – Полина всё отлично поняла. – Ты несёшь за Нину ответственность, хочешь ты того или нет. Ты же это понимаешь? Да, она позарилась на женатого, но все мы совершаем ошибки.

— Предлагаешь мне спасти её?

— Нет. Вряд ли сейчас она тебя послушает. Игната лучше лишний раз не трогать. Но, пообещай мне, что если однажды ты сможешь ей помочь – ты это сделаешь.