Книга Измена. Нагадать семью, страница 23 – Виктори Кисленко

По щекам потекла соленая влага. Боль опалила внутренности и разлилась по телу. Это была не физическая боль. Болела душа. Неужели я сама все разрушила своей ревностью?

— Лева… — кинулась следом за бывшим. Успела его догнать и схватить за рукав кофты.

— Лева, остановись, пожалуйста. Пойдем поговорим, — жалко всхлипывая, прошептала.

Королев резко убрал мою ладонь и каким-то холодным, чужим голосом припечатал:

— Иди в номер и отдыхай. Меня трогать больше не стоит.

После ухода Льва я тоже ушла. Но не за ним, а на улицу. Думала, свежий воздух даст прийти в чувства, поможет не реветь и заниматься самобичеванием. Облюбовала лавочку возле здания главного корпуса и сидела там, пока не почувствовала, что пятая точка начала замерзать.

Возвращаться в номер не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Нового года в том числе.

Осознать, что ты собственными руками разрушила семью, было нестерпимо больно. А он ведь оправдывался тогда… Просто я настолько слетела с катушек от ревности, что слушать ничего не хотела. И вот к чему это привело… К моему одиночеству.

Надеюсь, Лева остынет и придет в номер. А там я что-нибудь придумаю…

Хотя почему я должна что-то придумывать? Любит — вернется, не любит — пусть катится. Он знал, что ревность сводит меня с ума, и все равно давал для нее повод!

Когда вернулась и вошла в номер, замерла. Везде был включен свет. Неужели Лев вернулся? Решил все-таки нормально поговорить?

Я ничего не слышала, кроме гулко бьющегося сердца от радости. Быстро повесила шубку и прошла в спальню, остановилась в дверях.

— Любимая, сю-ю-юрпри-и-из, — произнес с придыханием… совершенно незнакомый мужчина.

Он развалился на кровати, весь усыпанный лепестками роз. На столике лежала клубника, стояли бутылка шампанского и два пустых бокала.

Я уставилась на неизвестного немигающим взглядом. Он пока еще меня не заметил, слишком вольготно лежал. Даже головы своей не поднял. Извращенец! На мужчине был минимальный набор вещей, если это вообще можно назвать одеждой: красно-белые плавки, отороченные мишурой, и колпак Санта-Клауса на голове.

Что делать? Кричать или бежать?

— Ты где там? Ланочка, иди ко мне, любимая! — Я ничего не успела произнести, этот извращенец подорвался с кровати и ловко спустил с себя трусы, обнажив вполне себе возбужденный, немаленьких размеров, член. — Я так соскучился!

Он заулыбался во все свои тридцать два белоснежных зуба, а я громко завизжала. Мамочки!

— Ах ты, извращенец поганый! — Схватила первую попавшуюся статуэтку елочки и запустила ее в мужика.

— Ты кто такая?! Где моя жена?!

Извращенец ловко натянул трусы обратно и побежал в сторону выхода, ловко обогнув меня по дуге.

Я нашла милого, но крайне тяжелого ангелочка и направилась следом с громкой руганью.

— Какая жена, идиот?! Куда ты побежал?! Стой!

Статуэтка полетела в высокого Санту и зарядила ему по позвоночнику. Мужчина взвыл, но не остановился. Красное пятно мигом проступило на месте моего удара.

Злость клокотала в груди ядреным ядом. Стянула со своей головы шапку и принялась с удовольствием лупить ей извращенца. Только первый день в пансионате, а столько веселья!

— Отвали, ненормальная! Это номер моей жены! Я могу ведь тоже силу применить!

— Нет здесь никакой жены! Это мой номер! — крикнула в ответ.