Книга Снимай меня!, страница 115 – Анастасия Соул

Девушка обмякла в руках и продолжала тяжело дышать, смотря в зеркало сквозь выбившиеся пряди волос из хвоста.

— Моя любимая, красивая, моя душа, моя Вера, — шептал, оставляя нежные поцелуи за ушком блондинки.

— Я тоже, — еле слышно произнесла она.

— Что тоже? — Вера повернулась ко мне лицом, приподнявшись на носочки, чуть заметно чмокнула в губы.

— Я тоже тебя люблю, — она улыбнулась, а мое сердце билось так часто, что казалось остановиться.

Советуют не признаваться в любви до, во время или сразу после секса, или когда вы сильно взволнованы. Рекомендуют не говорить это первыми и, услышав признание, не давать ответ, пока не проведете достаточно времени вместе. Примеры дают понять, насколько большое значение мы придаем моменту, когда стоит открыть сердце. Однако очевидно, что здесь, как и во всем, что связано с волшебным состоянием влюбленности, нет точных формул.

Мы накинули на себя одежду, и вышли из гримерной в обнимку. Ловя в студии, кучу осуждающих взглядов на себе, но нам было абсолютно плевать. Мы были счастливы и влюблены.

Совсем не важно, кто первый сделает признание, равно как и кто чаще повторяет слова любви. Неважно и то, каким по счету любовным партнером вы оказались для своего возлюбленного, и любил ли он кого-то до встречи с вами. Важны лишь искренность чувств, умение принимать различия друг друга и радость оттого, что мы разделяем с близким человеком жизненный путь. Мой путь разделила самое прекрасное на свете создание, моя милая Вера.

Открыв глаза, я посмотрел в распахнутое окно. Из него сквозил холодный воздух. Была ранняя весна, и Москва еще не совсем прогрелась, она только пробудилась после зимы.

В душе шумела вода, повернув голову, заметил возле кровати кружку с кофе, от которой еще исходил горячий дымок и приятный аромат корицы. Рядом лежали домашние сэндвичи. И записка, на которой не было ничего кроме обычного сердечка.

Я отпил из кружки кофе, покрутив в руках записку, улыбнулся. Вода в душе перестала шуметь. Через несколько минут в моей комнате появилась моя любовь, в одном лишь полотенце.

— Утро доброе, красавчик, — Вера пробежала на носочках по комнате и закрыла окно.

— Доброе, милая.

Наши отношения длились уже больше чем полгода, время пролетело рядом с ней как один день. Но было все безумно насыщенно. Руслана улетела в США, что бы начать карьеру в художественной сфере, ей с этим помог Валентин. Она успешно развивалась и в последнее время, со слов ее сестры, я понимал, что она нашла родственную душу, познакомившись с каким-то скульптором из Швейцарии. А Артур, будь он не ладен, вернувшись с Бали, ворвался на одну из моих съемок и разбил технику. Мы сцепились в дикой драке, перепугав людей. По итогу, с разбитыми лицами, в обнимку сидя на ступеньках у студии, расставили все точки над i.

— Я мелким бесом извивался,

Развеселить тебя старался,

Возил и к ведьмам и к духам,

И что же? все по пустякам.

Желал ты славы — и добился,

Хотел влюбиться — и влюбился.

Ты с жизни взял возможна дань,

А был ли счастлив?

Пока я погружался в мечтания, Вера стянула с полки уже довольно потрепанный томик Гете «Фауст» и стала зачитывать отрывок. Она читала слова Мефистофеля. Знала чертовка, к чему я питаю сильную слабость. Девушка была лишь в одном полотенце, она читала и направлялась к кровати, где я лежал.