Книга Законная добыча, страница 25 – Саша Кей

— Корельскому не говори, — усмехается Сафаров, — но я согласен. Всё крутится вокруг заповедника.

— И ещё… — телохранитель делает паузу. — Вам на личную почту придёт письмо. Кое-кто сомневается, что Платонов вообще в тот день был в состоянии сесть за руль. Материалы будут в письме.

Сердце моё при этих словах трепыхается пойманной птицей.

Короткое предложение.

Чьи-то сомнения.

Но что они значат лично для меня?

А если… выяснится, что мой отец и вправду ни при чём? Меня отпустят? Или окажется, что я теперь слишком много знаю?

На самом деле, мне ведь неизвестно ничего. Да я половины не понимаю того, о чём говорят в моём присутствии.

Ну какая из меня угроза?

Я гоню от себя мысли об отце.

Не знаю, что думать. Я тогда так и не приняла для себя решения: верить, что он ни в чём не виноват, или нет. Тем более что отец и сам не мог утверждать точно.

Но в тот момент я почти ненавидела его за то, как он сломал наши жизни, и любое подтверждение того, что отец — плохой, находило во мне отклик. Правильно ли это? Или я должна была, сцепив зубы, доверять ему?

Увы, он перестал быть родным задолго до всего этого кошмара, и у меня не получилось. Наверное, я плохая дочь.

— Анна, — нетерпеливые нотки в голосе Сафарова заставляют меня обратить внимание на то, что дверь машины мне уже открыли.

Я выбираюсь из салона, и в эту секунду я остро чувствую, как прекрасна жизнь.

Как я хочу оказаться отсюда подальше и просто наслаждаться этим ласковым осенним солнцем, а ещё лучше обнять маму, которая наверняка уже сегодня обнаружит моё исчезновение.

И хотя на небе ни облачка, мир для меня погружается в серые краски.

— Веди себя прилично, цыпа, — предупреждает меня телохранитель.

— Аккуратнее со столовыми приборами, — добавляет Амир.

Это сейчас что было? Неужели шутка?

Тогда смешно только ему.

Тяжёлый, плотный шёлк моего платья колышет ветер, пока мы идём к веранде, на которой уже расположилась охрана за дальним столиком.

Стоит нам занять места, как появляется такая же группа парней, как те, что теперь пьют минералку, взглядами сканируя окружающее пространство. Они усаживаются в другом конце, и мы оказываемся, как бы под прицелами с двух сторон.

А вот тот, с кем у Сафарова назначена встреча, выделяется не только на общем фоне, но и вообще из всех, кого я когда-либо знала.

Он выглядит так, будто родом откуда-то с Балкан или средиземноморья. Первое впечатление опровергают слова на чистейшем русском:

— Ты навёл шороху.

Я не могу не разглядывать этого человека. Он смотрит на всё вокруг, словно бы сверху. Как персонаж, не являющийся частью игры. Высокий, темноглазый и подавляющий. Наверное, немногим старше Амира.

Это наблюдение впервые заставляет меня задуматься о том, сколько лет Амиру. Выходит, что около тридцати. Вряд ли сильно больше.

— У меня противоположные цели, — пожимает Сафаров протянутую ему руку.

— Александр Марич, — вдруг представляется мне мужчина. И хотя это очевидная вежливость, я вздрагиваю. Несмотря на моё непреодолимое желание не связываться с этой средой, меня исподволь вовлекают, и у меня крепнет ощущение, что мне уже не выпутаться.

— Анна, — отвечает за меня Амир.

— Просто Анна? — приподнимает бровь Марич.

— Анна Платонова, — не скрывает Сафаров.