Книга Она мне (не) чужая, страница 75 – Елена Попова

«Доллары там! Одни доллары, которые хотели получить от меня любым способом», ― мысленно усмехнулся и, выйдя из соцсети, набрал сестре.

— Привет! ― раздался сонный голос Маши. ― Ты чего так поздно?

— Мне нужно с кем-то поговорить, ― вздохнул Рома и облокотился на барную стойку.

— Что-то случилось?

— Случилось…

Он рассказал сестре про Киру, уже догадываясь, что она на это ответит.

— Я предупреждала, что так будет, но ты не хотел меня слушать! ― деловым тоном изрекла Маша. ― Получай граблями в лоб, что я еще могу сказать. Блин, Ром, вот честно пожелала бы тебе счастья, но оно у тебя уже было с Алисой. Ты все просрал, братец! И нормальную жену, и дочь! Променял их на свою пиявку, а в итоге остался ни с чем! Ты хоть понимаешь, что не сможешь вернуть Диану? Тагиев держит тебя на крючке, и если ты попытаешься забрать ее у Алисы, то точно окажешься в тюрьме. Он найдет предлог от тебя избавиться. Ты знаешь на что он способен.

— Спасибо, поддержала!

Рома нажал на сброс, втянул носом воздух и, медленно выдохнув, обратился к бармену:

— Сколько с меня?

Пока тот считал, Роман злился:

— Я и так знаю, что если сунусь к Алисе, то Тагиев живьем меня закопа… ― резко замолчав, он устремил взгляд на телевизор, по которому в этот момент показывали пылающую яхту, фото Тагиева и еще одного мужчины.

— Прибавь звук! ― велел он бармену.

«…В настоящее время спасатели продолжают поиск российских граждан, но, увы, нет ни единой надежды, что они найдутся живыми». ― И ведущая новостей перешла к другой теме.

— Что за хрень? ― задумчиво произнес Рома, не понимая, что вообще произошло.

— Наши утонули в Болгарии, ― подсказал бармен. ― Яхта одного бизнесмена загорелась. А может, взорвали. Версий сейчас очень много. Но одно я точно могу сказать: они не выжили. Яхта была слишком далеко от берега и доплыть своими силами было нереально.

Парень продолжал говорить, но Рома его уже не слышал:

«Что-то мне подсказывает, что еще не все потеряно, ― проговорил он про себя и растянул губы в победной улыбке. ― Кажется, на моем горизонте только что замаячили просветы».

Неделю спустя

Москва

Роман

— …Мы договаривались, что ты заберешь ее только на один день! ― прокричала в трубку Алиса. ― Верни мне дочь, Абрамов! По-хорошему верни!

— А что, может быть и по-плохому? ― посмеялся Рома, падая на диван.

Взял с журнального столика стакан и, отпив, поморщился.

— Ну, давай, расскажи-ка мне, что ты сделаешь? ― поудобнее устроился он. ― В полицию побежишь? Очень интересно, что же ты им скажешь? Что Диана живет с родным отцом, а ты ― чужая для нее тетя, не можешь с ней встретиться? Этот вариант сразу отметаем. Другие есть? Может, Тагиеву нажалуешься? Ой, прости, ― Рома театрально хлопнул себя по лбу, ― совсем забыл, что он утонул.

— Какая же ты мра-а-зь… ― протянула Алиса гнусавым голосом и громко всхлипнула. ― Надо было засадить тебя в тюрьму. Жаль, что я этого не сделала… Очень жаль…

— Прости, солнце, но с этим уже ничего не поделаешь, ― развел руками Рома и, переведя взгляд на подошедшую Диану, прикрыл ладонью трубку. ― Чего тебе, зай?

— Пап, а мама когда за мной приедет? ― спросила дочь, покосившись на бутылку и тарелку с креветками. ― Я хочу к ней. А не то ты уснешь как вчера и будешь громко храпеть.