Книга Враг или Друг?, страница 19 – Ася Федотова

Откладываю книгу и закрываю лицо руками, откидывая назад голову с тихим измученным стоном.

— Не знаю, зачем — отнимаю руки и, наконец, решаюсь заглянуть в светло-карие глаза друга, похожие оттенком на мои собственные. — Ром, он стоял такой растерянный, такой настоящий что ли. Рассказывал про свою лошадь, Фиону. Никогда Денцова таким не видела. Даже интересно стало, что там на самом деле в нем кроется. Что он за человек. Может весь его образ в школе — это напускное? Фальшивое?

— А на базе? Когда тебя насильно зажал — это тоже напускное?

— Он извинился — пытаюсь привести доводы в защиту, только не пойму кого: Денцова или все же себя.

— Он — беспринципная мразь — Ромка возражает рычащим голосом. — Ты реально решила с ним замутить?

Замутить… Можно, конечно, отчаянно замотать головой, только кого и зачем я стану обманывать, если сейчас заявлю, что ни о чем таком даже не думаю?

Вчера Денцов и, правда, предстал передо мной совершенно в другом свете. Когда я разоблачила его второсортный спектакль, Влад, точно, сбросил маску. Прекратил кривляться, строить из себя полубога и подгонка в одном лице.

Денцов шел рядом, жестикулировал руками и рассказывал о том, как его отец купил Фиону на аукционе, как ту пришлось выхаживать, а потом обучать. Как Влад поначалу «нехило очковал» ее объезжать. Потом же, наоборот, тосковал, когда не видел хотя бы день.

Неужели черствое сердце могло бы так искренне полюбить животное?

И не то чтобы я прямо растаяла и потекла от его речей, но мне стало невыносимо любопытно увидеть этого хамоватого, самовлюбленного и борзого парня в совершенно неподходящей его образу среде.

— Почему все сразу нужно сводить к муткам? — состраиваю невинный фэйс, закрепляя результат взмахом ресниц.

— А к чему все нужно сводить? Типа, ты дружить с ним будешь что ли или как? Совсем не сечешь в таких делах, да?

— Ну, так разъясни мне на правах друга? — начинаю раздражаться.

— Это фаталити, Лисенок. Никак не ожидал, что и ты туда же — Ромка разочарованно мотает головой и отворачивается на кресле, возвращаясь к экрану монитора. — Купилась на смазливую, подлую рожу мажорика при бабле.

Я аж с места подскакиваю от нахлынувших эмоций. Никак не ожидала, что Ромка может такое обо мне подумать.

— Ты реально считаешь, что меня могли заинтересовать его деньги, статус?

Ромка молчит.

Не выдерживаю, дергаю друга за плечо, чтобы развернуть к себе.

— Ну, отвечай же!

— Просто не ной потом, когда Денцов снова попытается… Черт, он тебя там чуть не завалил! Но стоило прикинуться невинным дурачком, как ты… — запинается Берестов и проходится пятерней по короткостриженному затылку.

— Что я?

— Ничего — друг шипит в ответ и вставляет наушники, выкручивая звук на полную.

Нервно закусываю край губы. Мы никогда с Ромкой не ругались вот так. Могли спорить по пустякам. Но сейчас я чувствую — это серьезно.

И могу понять друга, он волнуется. И даже разочарован. Но вот как понять себя?

Не знаю ответа, только внутри что-то такое тлеет, ослабляя въедливый под кожу страх. И придает надежду. А вдруг все это не игра? Вдруг я Денцову на самом деле нравлюсь? Как же это проверить, если не сделать шаг навстречу.

Забираю рюкзак и выхожу из комнаты.

— До свидания, теть Ир — прощаюсь с Ромкиной мамой, которая стряпает на кухне пельмени.