Книга Жена офицера. Цена его чести, страница 69 – Чарли Ви

Пока что этого было достаточно.

(Надя)

День, начавшийся так спокойно, к обеду пошёл под откос. Пришла патронажная сестра – добрая, улыбчивая женщина, которая всегда хвалила, какая Мия, крепенькая малышка. Да с педиатром и медсестрой на участке нам повезло. Эльвира Рустамовна всегда приходила на помощь, и справку выпишет, когда надо в садик Стёпе, и в мессенджере ей можно было написать, если вдруг что-то случалось. На старом участке, к которому мы были прикреплены по прописке, педиатр была грубая, молчаливая, лишнего слова не скажет. Молча запишет данные, и всё. Поэтому мне было с чем сравнивать.

Я и сама своей девочкой гордилась. Она росла не по дням, а по часам. Хорошо кушала, ночью спала. Я со страхом ждала месяца, когда в этом же возрасте у Стёпы начались колики, я думала, свихнусь за тот период. Он почти не спал, плакал. И его не спасали ни укропная водичка, ни массаж на животике.

Но ведь ребёнок ребёнку рознь. Может, у Мии таких колик не будет, – надеялась я.

Сегодня, осмотрев Мию, Эльвира Рустамовна прикусила губу и повертела её на руках, пристально вглядываясь в личико.

— Надя, а вы не замечали, что кожа у неё… с желтоватым оттенком? Особенно белков глаз. И животик, кажется, плотноватый.

У меня внутри всё похолодело.

— Желтуха? Но ей же уже неделя… Физиологическая должна была пройти.

— У новорождённых проходит, да, – кивнула сестра, но в её глазах оставалась озабоченность. – Но лучше перестраховаться. Сделайте УЗИ брюшной полости. И анализы: общий крови, билирубин. Так, на всякий случай. У вас всё в порядке?

— Да, конечно», – автоматически ответила я, а в голове уже гудел от тревоги. Желтуха. Плотный живот. Это могло быть что угодно.

После ухода сестры я, как только покормила Мию, сразу начала звонить. Записалась на УЗИ в поликлинике. Ближайший талон – только через неделю. Я позвонила в платный центр – там тоже было не сразу, но на послезавтра обещали записать. Анализы я решила сдать завтра утром в поликлинике, благо направление сестра выписала.

К вечеру я была на грани. Сидела на кухне, прижав к себе спящую Мию, и гуглила симптомы. Каждая строчка казалась приговором. «Патологии печени… врождённые аномалии желчевыводящих путей…» Меня трясло. Стёпа, чувствуя моё напряжение, капризничал и не хотел ужинать.

И когда в дверь постучали, я чуть не расплакалась от облегчения. Не потому, что ждала спасения, а потому что рядом был ещё один взрослый. Хоть какой-то тыл.

Архип вошёл, снял куртку, и сразу, буквально с порога, почувствовал неладное. Его взгляд, всегда такой цепкий, мгновенно считал моё состояние.

— Что случилось? – спросил он тихо, без предисловий, подходя ближе.

Я не стала скрывать. Голос дрожал, когда я рассказала про медсестру, про желтушность, про УЗИ через неделю и про анализы завтра.

Он выслушал, не перебивая, лицо стало сосредоточенным. Когда я закончила, он тут же спросил:

— А что, платно пройти УЗИ нельзя? Без этих талончиков?

Я смущённо пожала плечами.

— Можно… я звонила. На послезавтра записала. Других вариантов у меня нет.

— Мы не можем ждать, – твёрдо сказал он. – Завтра вместе поедем. Я вас отвезу. Всё сразу пройдём. Анализы и УЗИ. В одном месте. Стёпу к маме завезём. Твоя мама не занята?

Я покачала головой, чувствуя, как становится легче. У Архипа был план. Неважно как, но я знала, что он сделает, как пообещал. В этом была его сила.