Книга Выбери другую, страница 52 – Мария Коваленко

Артем поражает меня все сильнее.

— Ого! Ничего себе у тебя познания! – легонько пихаю его в плечо.

— Ты думала, я только яичницу умею жарить? – он прижимает меня к себе и прикусывает за ухо.

— Ты все жаришь замечательно, – голос хрипнет.

— То-то же! – целует в висок.

— Так почему испанца? – пытаюсь отвлечься.

— Испанская кухня не такая снобская, как французская, и более живая и яркая, чем итальянская. Можно есть тапас, пить вино и танцевать. Можно собираться большими компаниями и делиться заказами – дегустировать полное меню. В целом это не про «поесть», – наклоняется ближе. – Это про вечер. Про то, что ты не сидишь на месте. Сначала ты за столом, через минуту уже стоишь у барной стойки, потом кто-то тянет тебя танцевать…

— И что там подавали? – облизываю внезапно пересохшие губы.

— Все сразу, – коварно улыбается этот гастрономический искуситель. – Маленькие цветастые тарелки с самыми разными закусками. Блестящие от масла оливки. Хрустящий хлеб, теплый, с чесноком. Тонко нарезанный хамон, ароматный, почти прозрачный и тающий на языке. Креветки с розмарином. Сардины с дольками лимона…

Он говорит медленно, будто сам это пробует. А я слушаю и смотрю на воду – на пенные гребни волн, на серо-синюю глубину и почему-то вижу все это... яркие тарелки, свечи, тапасы. Слышу испанскую музыку. Представляю танцующих фламенко красавиц.

— Мне хочется в это прошлое, – признаюсь со стоном. – Жаль, что не получилось попасть сюда раньше.

— А ты закрой глаза и представь, что сидишь в ресторане. – Артем прикрывает мои глаза ладонью и шепчет на ухо: – Звенят бокалы. Музыкант перебирает струны гитары. Кто-то громко смеется. Кто-то жарко спорит. Официанты носятся с огромными подносами, на которых с десяток блюд сразу, и ты не понимаешь, что твое, а что чужое. Все хватают с чужих тарелок, смеются, чокаются...

— И вино, – вздыхаю.

— Игристая Кава. Или сангрия! Холодная, с апельсинами. Сначала сладкая, потом немного кружит голову.

— Опасно звучит, – улыбаюсь, не открывая глаз.

— Очень, – шепчет Артем, касаясь губами моего уха. – Особенно если ты не планируешь уходить вовремя.

Я открываю глаза. Перед нами – прибой, пенные волны и серое небо. Никакой сангрии, никакой испанской музыки. Лишь ветер и соленый запах моря. Однако на душе легко, как после сказочного путешествия.

— Почему он закрылся?

— Все прозаично.

— Дай угадаю: налоговая или санстанция? – вспоминаю троих мужчин, из-за которых мы сейчас здесь, а не в кафе.

— Не настолько прозаично! – смеется Артем. – Просто шеф-повар не вернулся из очередного отпуска. Встретил в Севилье девушку и решил жениться.

— Ох! А заменить его здесь нельзя было?

— Владелец пытался справляться сам, но знаешь, как это бывает у тех, кто далек от кухни?

— Начал экономить на продуктах? – догадываюсь.

— Да, – с горечью произносит Артем. – Мы пытались его убедить не менять поставщиков, только... экономия оказалась важнее качества. Сначала никто не заметил. А потом клиенты просто перестали возвращаться.

— Подожди... «мы»? Ты работал в этом ресторане? – я разворачиваюсь к темному зданию на берегу и пытаюсь представить там Артема.

— Это была моя первая работа! – смеясь, поднимает руки. – Мне разрешали чистить креветки и шинковать зелень.

— Ты был поваром в настоящем ресторане! Вау!