Книга Овертайм, страница 193 – Мария Коваленко

— Настя… — ответ на последний вопрос явился сам. За ним лавиной обрушились усталость и глухота.

Посетителей в ресторане было немного: жильцы гостиницы да с десяток постоянных клиентов. Середина рабочей недели — не время для долгих посиделок, и только шумной компании хоккеистов все было нипочем. Иван, бывший вратарь «Северных волков», порядком уставший от детворы дома и на работе, громко хохотал над анекдотами форварда Кольки. Защитник Боря с тоской попивал клюквенный морс, а опоздавший организатор встречи задумчиво грел в ладонях бокал с коньяком.

Пить или разговаривать Андрею не хотелось. Беспокойные мысли, одна безумнее другой, волчком крутились в голове и не желали укладываться в единую картину: «тетя Настя», взявшая на себя заботу о сироте, счастливый мальчишка, спешащий после занятий домой, давний разговор по скайпу. Сегодня в коллекцию сомнений, не дававших покоя много месяцев, добавились неожиданные факты. Закрыть на них глаза не получалось. Чувствовал, что упустил что-то важное. Упустил тогда, упускает и сейчас. Но что? Ответы не приходили, лишь образ снежной королевы, которая ради собственной комфортной жизни перечеркнула их отношения, все больше трещал по швам.

— Что, Таранов, коньячок в глотку не лезет? — Боря отставил от себя тарелку и пустой стакан. Теперь можно было и пообщаться.

— Ты знал, что Настя и Костя… — слово «семья» вслух произнести не смог.

В глазах Конева промелькнуло недоумение.

— Значит, ты уже в курсе… — Он неспешно вытер салфеткой губы, откинулся в кресле. — Пацан пару месяцев назад заявился в клуб и потребовал тренера. Зима, ночь, где ему этого тренера найдешь? Охранник, недолго думая, позвонил Барской.

— И она так просто приехала?..

— Ага, просто! Меня вызвала, за компанию! — Борис горько усмехнулся, вспомнив ту ночь. — Оказалось, мелкий из детдома сбежал.

— А бабушка?

— Умерла. Никто не знал. До того вечера мы вообще о Косте мало что знали.

— И Настя, несмотря на свою занятость, забрала к себе… Не раздумывая?

— Ну, про занятость я не знаю, только парень оказался важнее.

Таранов устало потер глаза. Вот оно, значит, как было. Приехала, разобралась и не смогла вернуть в детдом.

— А ты что, еще сохнешь по ней?

На этот раз в голосе товарища не было и тени сарказма. Борис исподлобья напряженно смотрел на бывшего капитана и, казалось, пытался понять.

Вместо ответа Андрей резко поставил бокал на стол, чуть не расплескав содержимое. Поднялся.

— Да… Дела! — протянул Борис, наслаждаясь эффектом от своего вопроса.

— Достало все, — Таранов запустил пальцы в волосы. Голова болела, а надежный способ излечиться был только один. — Ребята, продолжайте без меня.

Дюжие хоккеисты, точь-в-точь как малышня в раздевалке, обалдело уставились на него.

— Мужики, все потом, — отрезал он, предчувствуя вопросы. — Спешу очень.

И пока они переваривали информацию, сунул пробегавшей мимо официантке пачку денег.

— Так мы, может, тебя дождемся? — Клюев осмотрел богатый стол. — Или дела на всю ночь?

— Пока на всю, а там видно будет, — Андрей набрал в легкие воздуха. Пришла пора действовать.

* * *

Руки тряслись. Чтобы хоть как-то их занять, Настя выдавила на ладошку крем и стала старательно втирать в кожу. «Крем на руках — к мытью посуды!» — вспомнилась подтвержденная опытом, примета. Быстрый взгляд на раковину. Чисто и пусто. Только пирог в духовке, а так ни чашки, ни вилки — ужин закончился. Тогда что?