Книга Я тебя забуду, страница 46 – Мария Коваленко

— Прости. — Понимание остужает. Руки стекают с мужских плеч и прячутся в длинных рукавах халата. — Испугалась, что ты согласишься отдать меня.

Между нами все открыто, потому и сейчас говорю как есть.

— А тебя можно отдать? — Марк смотрит сверху вниз, как на неразумного котенка.

— Но ведь у тебя так было… — Прикусываю язык.

До этого момента думала, что стала для Шаталова особенной. Неделимой и настолько ценной, что ради меня можно выгнать из дома давнего друга.

Теперь картина мира, нарисованная наспех от счастья, неожиданно тускнеет.

— Ты правильно сказала. Это было у меня. — Марк поправляет на мне халат. Потуже затягивает узел. — А не у тебя. Чувствуешь разницу?

— Я решила, что тебе… это нужно.

Ощущаю кожей, как на лбу проступает слово «ДУРА!». Заглавными. И с восклицательным знаком. Не впервые рядом с Шаталовым. Но сегодня особенно ярко.

— Нужен воздух. Еще вода и сон. А то, о чем мы говорим, потребность из другой категории.

— Ты говорил, что предпочитаешь именно так… парами. — Последнее слово дается с трудом.

Мы впервые обсуждаем сексуальные интересы Марка. До этого они были страшилкой, о которой я старалась не вспоминать.

Наверное, зря. Судя по тому, как потряхивает, за три недели страшилка набрала силы и обросла метастазами.

— Это не то развлечение, где достаточно желания одного. — Развернув к себе спиной, Марк легонько подталкивает меня вперед.

— То есть со мной ты не думаешь, как это было бы.

Шаталов ясно дал понять, что разговор закончен, но джинна уже выпустили из бутылки.

— Тебя не должно волновать, что я думаю.

Злюсь, похоже, не только я.

— Ты ведь хотел бы, чтобы он остался? Чтобы взял меня, как ту брюнетку… — Оглядываюсь в сторону нашего дивана.

За последние дни и ночи Марк трахал меня на нем столько раз, что, казалось, не осталось и следа от прежней брезгливости. А в эту минуту от одной близости к четырехметровому мутанту дико хочется помыться. Полностью и с мочалкой.

— Сохрани свое бурное воображение для постели. — Желваки на скулах Марка буквально выбивают у меня все предохранители.

— Значит, угадала?

— В кровать иди! — Он резко встает.

— Зачем тебе вообще это нужно? Одной женщины слишком мало? Ощущения не такие острые? — Я врастаю в пол и всем своим видом демонстрирую, что и на шаг не сдвинусь с места.

— Так важно сейчас об этом поговорить?

— Мне. Важно.

— Тараканы митинг в голове устроили? — Подойдя вплотную, Марк за подбородок поднимает мою голову вверх. И с шумом выдыхает.

— Зачем тебе это? — Рядом с ним невозможно злиться. Стукнуть бы его, но вместо этого с надеждой смотрю в глаза.

— Зачем это мне, не имеет значения. Если важно заполнить пустую графу, впиши себе тут… — Марк указательным пальцем легонько стучит по моему левому виску. — Пресыщенность. Гораздо важнее, зачем это тебе. И ответ мы оба знаем.

— Мне это не нужно.

— Вот именно, — кивает Шаталов.

— И ты бы не хотел, чтобы я согласилась?.. Хотя бы попробовать?

— Это не то, что можно попробовать. Здесь возможны только два варианта. Или оба хотят. И тогда полный порядок, никакой вины, ответственности и прочего. Или все остается как есть. Без экспериментов.

— А если она соглашается? — Не хочу об этом даже думать. Но разрешать своей страшилке расти и дальше я не могу.

— Именно так чаще всего и происходит. Женщины идут за своими мужьями или любовниками. Причины разные. Одни ради чувств. Другие из-за детей. Еще чаще — из-за устроенного быта.