Книга Я тебя заберу, страница 93 – Мария Коваленко

— Лена и ее мама — мои самые близкие люди. У меня кроме них и сына, считай, вообще никого нет. Если с ней что-то случится, я не прощу себя. Никогда!

Не представляю, как бы я уговаривала Шаталова свозить в квартиру. Реши он, что мое желание —обычная бабская блажь, наверное, пришлось бы сбегать от охраны и на такси ехать в старый дом.

Но Марк не спорит. Окидывает меня своим самым серьезным взглядом и идет одеваться. Спустя двадцать минут мы вместе едем в школу и, высадив Глеба, сразу же сворачиваем в сторону квартиры.

В родном дворе становится дико. Вижу любимый тополь на углу, смешные занавески с пандами у соседки на первом этаже, старенькую «Чайку» нашего отставного полковника, но внутри ничего не откликается. Вроде бы недавно переехала отсюда к Марку, а по ощущениям — в прошлой жизни.

— Надеюсь, Василий еще не лег. После ночной смены он так спит, что и пушкой не разбудишь.

Не дожидаясь, когда Марк распахнет дверь бэхи, я сама выхожу на улицу.

— Значит, разбудим без пушки.

Он кивком здоровается с крепкими парнями, вышедшими из другой машины. Что-то показывает им жестами, и мы вместе направляемся к парадной.

Как я и ожидала, дверь в квартиру подруги закрыта. С минуту стучим, жмем на дверной звонок. А потом, устав ждать, Марк дает сигнал своим людям. Те не медлят — подносят специальный таран и в два удара сносят дверь.

От шока челюсть сама падает вниз, но у Шаталова на все готов ответ.

— Я оплачу, — успокаивает он. — Сегодня же будет как новая.

С Василием получается почти как с дверью. После просьбы проснуться он начинает храпеть еще громче. После попытки поднять — отворачивается на бок. И лишь стакан ледяной воды, вылитый на лицо, кое-как приводит его в чувство.

— Где твоя девушка? — не позволяя сесть, спрашивает Марк.

— Кто ты, блядь, такой? Что здесь... — Василий фыркает, утирает лицо и пытается своим женственным кулаком дотянуться до Шаталова.

С тем же успехом он мог попытаться пробить стену. Марк всего на мгновение сдвигается в сторону, а затем за шкирку стаскивает Лениного жениха с кровати.

— Мы с тобой сегодня уже общались, — со звенящим спокойствием произносит Шаталов. — Теперь давай подробнее. Во сколько ты пришел? Что увидел? Как расстались с невестой перед этим?

Не знаю, как Василий, а я вздрагиваю от такого тона и, чтобы случайно не стать свидетельницей чего-то нехорошего, оставляю мужчин в спальне.

Пока они «беседуют», внимательно осматриваю гостиную. Удивляюсь, найдя на месте всю обувь. Поднимаю телефон подруги и, мысленно извинившись перед ней, проверяю последние звонки.

Там, как и сказал Глеб, лишь он. Лена* звонила рано утром. Примерно в то же время, когда должен был прозвенеть его будильник. После этого ни писем, ни СМС.

— Он идиот, но, похоже, неопасный, — с этими словами Шаталов выходит в общий коридор и обнимает меня со спины.

— Тогда здесь что-то другое.

Страшно, но пока удается контролировать эмоции.

— Да. Вся одежда на месте.

— Обувь тоже.

— Для прогулок босиком, в одной пижаме, нынче не самая хорошая погода. — Марк оглядывается на дверь за нашими спинами. — Парни сейчас пройдутся по соседям. Вдруг твоя Лена у кого-то из них или кто-нибудь видел ее. Если нет, Кирилл вызовет опергруппу и криминалистов.