Книга Василиса и Серый волк, страница 2 – Мария Коваленко

Терапия началась уже на площадке.

Димон с диким ревом навалился на него прямо у лифта. Наверное, если бы полярные мишки любили обниматься, это выглядело бы так же. Высоченный, не ниже Кира, упитанный, небритый и весь такой домашний, что зависть брала, друг лучился от радости.

— Давай, заходи! — он перехватил пакеты и быстро направился в прихожую. — Пацаны уже заждались, Чивас привез?

— Корыстным ты был, корыстным и остался… А если бы не привез? — Кир быстро сбросил пальто и обувь в шкаф. — Вы бы меня выпроводили?

— Сто процентов! Тебя же без Чиваса неделю не выдержать! Психика псу под хвост полетит!

Из кухни показались такие же заросшие лица остальных: таксист Лешка и программист Гоша. Оба походили на комический дуэт Штепселя и Тарапуньки. Длинный крепкий Леша вечно ударялся головой о притолоки и долго выбирал рабочую машину, крыша которой не мозолила бы его лысеющую голову. Из минской троицы он единственный умудрился пока остаться холостяком, за что был регулярно то понукаем, то восхвален.

Гоша, наоборот, был самым странным программистом, каких только знал Кир. В свои тридцать три он успел стать отцом троих детей и владельцем небольшого пузика. К слову сказать, это его не портило, скорее — добавляло импозантности. За добрый нрав и сообразительность с институтских пор друг получил прозвище Карлсон. Как-то на первое апреля они даже приклеили суперклеем небольшой вентилятор от компьютерного кулера к его кепке. Другой на его месте затаил бы обиду, но вместо этого друг так проникся идеей, что проносил кепку до июня, пока кто-то ее не спёр.

И вот теперь, как в далекие времена, они собрались вместе. Вчетвером друзья быстро организовали застолье, чтобы покормить оголодавшего от долгой езды москвича. И пока в сковородке стреляли шкварки, по хрустальным рюмкам разливалась холодненькая водка. Уплетая с двух вилок, по-македонски, Лешкин оливье и магазинный буржуйский цезарь, Кир, наконец, ощутил себя как дома.

— Ну, гастролер, рассказывай! Как там у вас живется? — Леша протянул другу штрафные сто грамм. — Заработал уже все миллионы?

— Не! Про его миллионы мы по джипу поняли! — пробасил Димон. — Ты лучше расскажи про баб! Какие они, московские крали?

— Да-да! Про баб давай! — поддержал предложение Гоша. Может, и жениться нашел на ком?

Кир обвел взглядом друзей, задаваясь вопросом, как Лешка терпит компанию этих женатиков?

— Ну, про баб, так про баб… — Кир дожевал салат и взял рюмку. — С бабами у меня все хорошо: есть время — есть бабы, нет времени — нет баб.

— Это… Ты свои еврейские замашки оставь. Не пудри электорату мозги! — Димон явно был настроен на длительный допрос. — Невесту нашел, буржуинушка?

— Пацаны! Да что вы ко мне пристали? Хуже мамки! — он лихо опрокинул рюмку и взъерошил короткие черные волосы. — Есть у меня одна красотка. Ангелиной зовут. Модель, умница, красавица, трудяга в нужном смысле… Предложение я пока не делал, но все к этому идет.

— Ля… — Гоша огорченно переглянулся с Димоном.

— Что «ля»? — не понял Кир.

— Эти националисты задумали тебя на местной женить, — пояснил друг по несчастью Леха. — У них идея фикс, что ты женишься и вернешься в Минск.

Судя по лицам огорченных товарищей, Леша сказал чистую правду. Эти аферисты надумали его окольцевать и застолбить на Родине.