Книга Василиса и Серый волк, страница 48 – Мария Коваленко

Тогда Лешку, как единственного курящего, отправили на улицу с девушкой. Она долго удивлялась, отчего нельзя покурить на балконе, но Димон упрямо стоял на своем, уверяя, что не может позволить сохнущему на балконе белью пропахнуть сигаретным дымом. Лешка по-джентельменски открыл даме дверь и вышел следом, и просторный балкон, на котором и веревок для белья испокон веку не было, остался нетронут.

— Пошли на кухню, — как только дверь закрылась, шепнул Димону Гошка. — Поговорить надо. Пусть Кирочка один тут отдувается, Филя ему в помощь.

— Каскадер хренов… — восхитился Дима. — Это ж надо, ему уже сапог и пульта мало. За провода взялся.

— Скажи Фильке спасибо! Парень старается, как может! Пошли уже.

Димон только печально махнул рукой в сторону раритетного радио. Рыжего вредителя не было нигде видно.

На кухне царил хаос. Дима, собирая тарелки со стола перед приходом Ангелины, хаотически побросал все по барной стойке, табуретам, подоконнику. Большой салатнице не нашлось места, и она гордо выглядывала из умывальника.

— Ты тут что, минированием занимался? — удивился Гошка. — Пройти страшно. Не кухня, а поле брани.

— Только не начинай! Я от волнения чуть все в окно не выбросил.

— О! — восхитился друг. — У нас как раз под окошком джипяра Кирочкин припаркован. Поехал бы парень завтра домой с ссобойкой!

— Ладно, хватит лирики, рассказывай, чего звал!

Гошка снял с одного из табуретов тарелку с бутербродами и уселся поудобнее. Еще с институтских времен все друзья знали: если Гоша перед речью долго усаживается — ничего хорошего не жди!

— Димосик, помнишь, у тебя наливочка была тестя твоего заботливого? — не отрывая глаз от пола, начал тот. — Ну, та от которой я в прошлый раз ушел, как давеча Леха на свидании…

— Та, после которой мы тебя два часа разбудить не смогли, а потом на такси в скорую перли? — присвистнул друг. — Знатно мы тогда перепугались.

— Ага, она самая! Есть она у тебя еще, или вылакал в одно лицо?

Дима ошарашено смотрел на друга, понимая, к чему он клонит. То, что Ангелина совсем мало пьет, он и сам заметил. Вином такую не споить. А от коньяка категорически отказалась.

Но вот от наливки тестя Из чего он ее сделал, даже медицинская экспертиза установить не смогла. Благо Гошку отпустило быстро. Только на каталке в приемный покой вкатили, как он воскрес и потребовал продолжения банкета.

— Гош, нас Кир за такое прибьет!

— Ну, я же отошел после нее!

— Ага, это твой подготовленный регулярными возлияниями организм справился быстро, а что с девочкой будет?

— Скажем, уснула с дороги, переутомилась.

— Гоша! Ты точно сбрендил! — утвердительно заявил друг, но полез в дальний шкафчик. — А как ты остальных девчонок удержишь от дегустации?

— Ну, они ж у нас коньячок пьют. А градус понижать нельзя.

— Гошка, да по градусам коньяк просто лимонад по сравнению с этой наливкой! Спиртометр утоп, когда мерили!

— Дим, если тебе для дела жалко, так и скажи.

— Ты ей только салат подставь, помягче. Или тортик… — печально вздохнул друг и подал неказистую на вид бутылку.

По запаху напиток ничем не выдавал своих коварных свойств. Ни спирта, ни синюшных масел не чувствовалось. Разлив по хрустальным рюмкам водку и наливку, Гоша лично подготовился встречать с улицы курильщиков.