Книга Василиса и Серый волк, страница 63 – Мария Коваленко

Хорошо, хоть кавалер ее сегодня не появлялся.

Он ничего не имел против лысого. Одно в нем было плохо — рост! При таких великанах профессору Грабовскому было некомфортно. Вроде простой комплекс, но уж чересчур высок был этот Лешка. Почти полметра разницы кого угодно заставят чувствовать себя лилипутом.

Василиса опять заперлась у себя в комнате и не впускала ни с плюшками, ни с книжками. Благо, в подобной ситуации они три года назад уже бывали, так что слишком больших неприятностей ожидать не следовало. Вены резать не станет из-за брезгливости, а сильнодействующих лекарств в доме испокон веков не водилось. Грабовскому даже казалось, что эти две дамочки вообще болели только ПМСом.

Утро по всем признакам можно было считать удавшимся, если бы в дверь не позвонили.

Достаточно было глянуть на подозрительно покрасневшее лицо Вики, как вопрос о том, кто пришел, закрылся сам собой. Девушка, включив задний ход, скрылась в кухне и закрыла за собой дверь.

Грабовский остался сидеть. Он здесь не был ни гостем, ни жильцом, и вообще… «А раз призраки двери не открывают, — рассудил он, — то пусть звонят! Звонок у девчонок противный, долго сами не выдержат».

Как всегда, Александр оказался прав.

— Вика, открой дверь! спустя несколько секунд послышалось из комнаты Василисы.

Вместо ответа Вика открыла на кухне кран и стала шумно греметь тарелками.

— Шурик, будь человеком, открой! — раздался жалостливый голос из комнаты.

— Не, я так не играю, я к вам в мажордомы не нанимался. Сама открывай!

Через секунду Василиса фурией вылетела из спальни. Все такая же зареванная, со спутанными волосами, в старой майке до колен, но злая. Вот эта злость профессору очень понравилась. В прошлый раз они с Викой ее две недели разозлить не могли.

Бросив на Грабовского и в сторону кухни яростный взгляд, девушка двинулась к входной двери.

Когда оттуда показался гигантский букет белых роз, профессор пожалел, что презентовал дедушкину каску в музей Великой Отечественной войны. Сейчас этот головной убор был бы кстати.

— Здравствуй, Василиса, — только и успел сказать Кир.

— Батюшки, кто к нам пожаловал!

Девушка тут же выхватила из его рук розы и, недолго думая, принялась лупить гостя.

— Подлец! Мерзавец! Предатель! Бабник! — она изо всех сил била его белоснежным букетом и с каждым ударом выкрикивала новое оскорбление. — Кобелина московская! Врун! Сукин сын! Предатель!

— Было уже… — уходя от новых ударов, обидчиво выкрикнул Кир.

— Ах, тебе новое подавай! И женщину в каждом городе новую, и оскорблять с фантазией!

— Васенька, милая, я с миром пришел…

Но девушка не останавливалась. Почти все цветы осыпались от жестоких ударов. На площадке лежал целый ковер из лепестков. «Это хорошо, что колючки срезаны!» — подумал про себя Кир, еле-еле увернувшись от нового шлепка.

— Господи, как ты мог? Я ведь, как дура, влюбилась, поверила, в Москву приперлась!

Казалось, что избиение никогда не прекратится. Тут Василиса на секунду отвлеклась на странное движение позади мужчины.

Прямо за спиной Кира с самым заинтересованным видом усаживался на бочок знакомый рыжий котенок. «Вот только этого субчика с челобитной не хватало!» — возмущенно подумала она.

— Ты почто скотину принес? — тыча голым веником за спину, спросила девушка. — Хорошо, что человеческих друзей не приволок. Совсем без группы поддержки не можешь, Пивоваров?