Книга Василиса и Серый волк, страница 70 – Мария Коваленко

Кир улыбнулся. В этом профессор был прав. Не всякое действие хуже бездействия.

— Так мне просто ждать? он уточнил.

— Да. Оставить все как есть, и ждать.

— А она как?

— Выберется. Можешь мне позванивать, — Грабовский достал из-за пазухи скомканную визитку и протянул Киру. — Только ее пока не беспокой. Время лечит.

Они еще несколько минут посидели в тишине и разошлись.

Больше обсуждать было нечего, а голова Пивоварова от ударной дозы никотина уже начинала болеть.

Недели в Москве летели с ошеломительной скоростью. Кир втянулся сразу в три крупных проекта. Несколько раз пришлось летать в Монреаль. Филя всегда терпеливо дожидался его дома и даже перестал портить мебель и технику. По какой причине, неясно: то ли суровый выговор за лужу в кровати Василисы так подействовал, то ли парень незаметно повзрослел. Каждый вечер хозяина встречал у порога вполне серьезный молодой кот, провожал до умывальника, следовал в спальню и довольно сопел ночами рядышком.

Пивоваров настолько привык к наличию в его жизни этого маленького существа, что в Монреале даже не высыпался, все пытался нащупать на кровати дорогой теплый комочек.

Грабовскому Кир звонить поначалу не решался, но ожидание сделало свое дело. Александр был рад звонку и обрушил на собеседника такой шквал информации, большей частью не о Василисе, что всякая робость исчезла. Постепенно общение перешло в серьезную деловую сферу, и к марту в Минске открылся один из филиалов аутсорсинговой корпорации Пивоварова. Для этого профессору даже пришлось сократить преподавательскую ставку в вузе. Игра стоила свеч и уж очень хорошо оплачивалась.

Так в делах, проектах, воспитании кота прошло не два месяца, а три. По донесениям, Василиса почти полностью оправилась и вспоминала его без бранных слов. От этого сердце радовалось и рвалось в Минск.

Казалось, вот-вот образовалось окошко в череде нескончаемых «архисрочных» и «архиважных» событий, но нет. Новый форс-мажор, налоговая проверка, взбрыки иностранных партнеров смешивали карты.

Неизвестно, когда бы он вырвался, если бы не один звонок.

* * *

За неделю до свадьбы.

Василиса уже начинала злиться. Они обошли семь салонов свадебной моды. И это после долгих поисков и отбраковки тех самых салонов по каталогам! Вике нравились все платья: и кокетливые мини, и длинные со шлейфом и громоздким подъюбниками, и модные нынче римские. В каждом новом салоне процедура примерки сопровождалась шквалом комплиментов, охов и ахов от администраторов и менеджеров, кружкой кофе и увесистой кипой однообразных журналов.

К обеду Василиса знала наизусть, в каком каталоге, на какой странице, какое «произведение от кутюр». А от кофе противно болел желудок. «И почему никто не додумался подавать будущим невестам и их взволнованным подружкам ромашковый чай?» — печально думала она.

В восьмом по очереди салоне ее терпение лопнуло.

— Викусечек, — взмолилась Василиса, может, возьмем то, что первым понравилось? Первый выбор всегда самый правильный. А?

— Наверное, ты права, — задумалась невеста, осматривая в зеркало очередной наряд. — Только у меня в каждом салоне есть свое «первое». С какого салона начнем?

Подруга застонала от отчаяния и поглубже уселась в кресло. Сама бы она в жизни так долго платье не выбирала. Вот какой смысл мерить все эти несуразные балахоны, если душа требует чего-то легкого, девственно чистого и без финтифлюшек? К сожалению, Вика руководствовалась другим принципом, натягивая на себя по пять платьев в каждом заведении.