Онлайн книга «Пташки»
|
— Имитировать… – я нервно усмехнулась, стараясь разрядить опасно сгустившийся между нами воздух. Придвигаясь невыразимо тесно, Воронов выдал опьяняюще хриплым шепотом. — Похоже, он от нас не отстанет. Тебе придется немного меня потерпеть. Потерпеть… — Что ж поделать… – покаянно пробормотала я, почувствовав его эрекцию у себя между ног, и чаще задышав напротив его рта. Пульс моментально взвился. Я боялась смотреть ему в глаза, но ощущала исходящий от друга детства жар. — Не забывайте, вы стараетесь ради искусства… Воронов как-то обреченно и даже зло хмыкнул, пока мое сердце колотилось до боли сильно, внутренности переворачивались, будто мы неслись на американских горках, приближаясь к смертельной петле. — Поза мне нравится! Отлично… Но я хочу больше страсти… Дайте же огня… — Если не можешь остановить хаос, нужно его возглавить, – сдавленно шепнул Александр, встречаясь со мной взглядом. — И станцевать под хаус среди этого хаоса, – на автопилоте дополнила нашу старую шутку, подаваясь вперед – я ощутила его горячее сбитое дыхание на своих губах. На его лице застыла кривая ухмылка, карие глаза – дикие, опьяненные дурманом – полыхали как у изголодавшегося животного. Я пыталась не выдавать своих эмоций, но все мое тело трепетало, окруженное Сашкиным божественным запахом. Воронов теснее прижался к моему паху напряженными бедрами – по мне будто пустили ток. Мгновение. Его полные чувственные губы раскрылись. В глазах померкло, огнем возбуждения отравляя и без того бурлящую кровь. И все. И дрожь желания пронеслась по моему слабеющему телу. Потому что в следующий безумный миг ладони парня оказались на моих бедрах, и Саша меня поцеловал. Он рывком двинулся ко мне, жадно впиваясь в изнывающие губы. Язык размашисто прошелся по кончику моему языка. От бескомпромиссности этих властных мужских прикосновений голова шла кругом, сознание отключилось, уносясь куда-то в стратосферу… Сашкины ладони сжимали, стискивали меня, заставляя извиваться и судорожно выдыхать, раздавленную его пугающим натиском. Пока его сладкий язык раз за разом раздвигал мои дрожащие немеющие губы, втискиваясь глубже… еще глубже… изучая каждый сантиметр моего рта. Я была настолько потрясена происходящим, что едва могла дышать, не говоря уже о том, чтобы отвечать с ответной жаждой. Просто позволяла Сашке делать со мной все, что пожелает. Разумеется, во имя искусства! В этот миг я вообще вдруг превратилась в страстного любителя документальной фотосъемки… Что-то неправильное происходило с моим телом… оно таяло как сливочное масло на сегодняшнем солнцепеке на глазах у двух посторонних людей. Но мне было плевать – хотелось остаться здесь и целоваться с ним вечно, особенно осознавая, что к низу моего живота прижимаются мощные бедра с каменной эрекцией. — Бра-в-о! Бра-в-о! – послышалось где-то фоном, однако мы были так увлечены друг другом, что слова фотографа воспринимались как навязчивый белый шум. Ладони Воронова сжали мои ягодицы, пальцы, молниеносно освоившись, скользнули вниз, отодвигая влажную ткань моего купальника, не решаясь двинуться дальше. Однако Саша почувствовал, что белье на мне вымокло насквозь… И все благодаря его поцелуям. |