Книга Пташки, страница 72 – Эмилия Грин

Я крепко себя обняла, внезапно осознав, что в палатке, в самом деле, гораздо теплее, чем на улице.

— Это еще не все, – странно ломающимся голосом напомнил он, демонстративно отодвигаясь и отворачивая голову.

Мне довольно быстро удалось справиться с мокрыми трусами, натягивая прямо на голое тело длинную хлопковую футболку, и закутывая ноги в куртку.

Какое-то время мы, не произнося ни слова, поочередно передавали друг другу бутылку, уничтожая ее глоток за глотком.

— У меня глюки, или здесь становится жарко? – толкая его пяткой в бок.

— Да, надышали, – стягивая футболку, Сашка посмотрел на меня странным взглядом. – Палатка сделана из какого-то специального, сохраняющего тепло волокна. Не помнишь, что ли? Твоему бате чуть ли не из Силиконовой долины ее прислали… – Воронов непроизвольно поморщился. – Он же много раз хвастал.

— Почему тебе так не нравится мой отец? Он ведь всегда относился к тебе, как к родному…

— Ой, еще скажи, дядя Паша всю жизнь в тайне мечтал меня усыновить, – так мило раздражаясь. – Поль, нам завтра рано вставать. Давай уже спать от греха подальше. Я ведь за тебя головой отвечаю…

А вот я за себя уже не отвечала. Увы.

Я рассмеялась, выдерживая его напряженный взгляд. Дыхание учащено. Глаза неестественно черные. С поволокой желания. Неужели он…?

— Мы еще не закончили играть, – с деланной обидой поджимая губу.

— Последний вопрос и спать, – уже даже не скрывая, что находится на взводе.

— Ты делал когда-нибудь это девушке языком?

Я вдруг вспомнила, как в подростковом возрасте он много раз говорил, что пацаны такое не делают. Воронов утверждал, что никогда не будет доставлять своей девушке удовольствие подобным образом.

Я же, прочитав на женском форуме, что девочкам это очень нравится, пыталась переубедить Сашку.

Однажды мы целый вечер об этом спорили: Воронов даже в шутку сказал, что, если я не перестану его донимать, он посадит меня себе на лицо и заставит замолчать этим самым способом…

Секунды тянулись возмутительно медленно, пока Саша молчал, явно очень активно напрягая свои извилины. Я опустила взгляд, улавливая что-то опасно клубившееся в разряженном воздухе.

— Поль, подойти ко мне, – прищурившись, Воронов тяжело выдохнул сквозь стиснутые зубы.

Я вопросительно приподняла бровь.

— Полина, я жду.

Медленно поднявшись, я на неверных ногах преодолела эти несчастные пару шагов.

— Так что… – застыв перед ним, неуверенно пробормотала я.

Внезапно он подался вперед, притягивая меня, так что мои бедра оказались на уровне его лица.

— Действие, – произнес Саша надломленным голосом, самовольно скользя горячими ладонями по моим обнаженным ногам, прекрасно зная, что на мне нет белья.

Протянув руку, я провела пальцами по его влажным волосам.

Его совершенное лицо – сплошные острые углы, плавные линии и полные губы, а глаза… в этот миг в них была такая мучительная жажда, какой я не видела прежде.

— Саш, я…– на сиплом вздохе, так и не решаясь озвучить это вслух, и не совсем понимая, к чему он клонит.

Неужели он…

— Левицкая, так что я должен сделать?

Я вся покрылась мелкими мурашками, инстинктивно подаваясь вперед, когда его руки скользнули выше по прохладной коже. По позвоночнику побежала дрожь. Моя грудь, обтянутая тонким хлопком футболки, взвинчено поднималась и опадала.