Книга Пташки, страница 80 – Эмилия Грин

— Но у мамы только шестой месяц заканчивается… – страх сковал мои внутренности ледяным ознобом, явственно отразившись в надломленном голосе. – Ей рано еще рожать… Как же так?

Весь путь до роддома я провела с ускоренным сердцебиением и похолодевшими, стиснутыми в замок пальцами. Время от времени, заглядывая в непроницаемые лица мужчин, меня не оставляло предчувствие надвигающейся беды.

Покинув вертолет, мы пересели в большой черный внедорожник Вадима Завьялова, который он уверенно погнал по безлюдной трассе.

Я видела, что Кирилл Александрович с кем-то переписывался, но не решалась спросить, как там дела, а сам он ничего не говорил, что тоже наталкивало на весьма пугающие мысли.

Все молчали до момента, пока мы не припарковались около больничной парковки.

— Полина, пойдем, я отведу тебя к отцу, – обратился ко мне Воронов-старший, – он ждет тебя.

Сцепив стучащие зубы, я кивнула, посеменив за ним следом. И вроде даже получилось держать себя в руках… Ровно до того момента, пока я не заметила папу, сидящего на диване. Я увидела его раньше, чем он меня, порывисто выдыхая.

В этот миг отец поднял на меня взгляд – лицо бледное, губы бескровны. Он встал, и я понеслась к нему на дрожащих ногах, неловко падая в самые родные объятия.

— Полина… Ну, слава Богу! – протянул он с облегчением, утягивая меня за собой на диван.

— Как мама? – зашептала я, дрожащим голосом.

— Успокоилась, когда узнала, что вас нашли. Она недавно уснула. Врач толковый попался, – отец устало потер переносицу. – Но в течение следующих нескольких дней необходим полный покой. А потом транспортируем ее в Москву.

— Пап… Прости меня! – пытаясь унять неконтролируемые слезы. – Это все из-за меня… Так тупо… мама… малыш…

— Полина, мы все очень испугались… – отец прижался губами к моему виску, крепче стискивая меня в объятиях. – Вроде продумали все до мелочей. Кто ж знал, что этот гид-идиот разрешит вам идти в одиночку? По инструктажу вы должны были вернуться на базу…

— Это я виновата – уперлась, что у меня день рождения! Не терпелось отметить со всеми вместе… Вот мы с Вороновым и решили срезать путь. Срезали, на свою голову, – разумеется, я умолчала о нашем купании в ледяном водоеме и дальнейших эротических приключениях.

— Нет смысла перекладывать друг на другу вину… Главное, чтобы Маша поскорее пошла на поправку, – царапнув его дрогнувшие губы расфокусированным взглядом, меня снова накрыло бесконтрольным чувством вины.

Сейчас наше решение идти самостоятельно уже не казалось таким уж крутым и смелым, а, учитывая, к чему все это привело, и вовсе отдавало слабоумием.

Только я в тот момент была так ослеплена своими чувствами к Сашке, что даже не могла предположить подобных последствий – мои родители чуть не умерли от волнения, мама могла потерять малыша…

— Пап, тебе надо поспать… – пробормотала я, всматриваясь в его усталые прищуренные глаза, подернутые поволокой волнения. – Наверняка ведь сегодня глаз не сомкнул?

— Не мешало бы… – он горестно усмехнулся. – Я снял еще одну палату – пойду вздремну, пока Маша спит. А ты поезжай вместе с Вороновыми на базу. Созвонимся после обеда?

— Я никуда не поеду, пока не увижу маму… – произнесла я твердо.

— Поль, она может проспать до вечера. Нечего тебе здесь делать.