Книга Громов: Хозяин теней 1, страница 167 – Екатерина Насута

— Ты про листовки? — спрашиваю.

— Какие листовки? — Метелька задаёт вопрос и переводит взгляд с меня на Еремея и обратно, чтобы шёпотом уточнить: — Те самые? Народные?

— Не читал, но… слыхал, как она Фёдором обсуждала, — признаюсь. — Когда болел… думали, что я не слышу. Хранит она.

— Те самые, — Еремей вносит ясность. — Листовки — это полбеды… потому синодники и не мешаются. Может, даже свой интерес имеют.

Какой интерес у церкви в делах революционных быть может?

Хотя… чего это я.

Революция — это тоже и бизнес, и политика, а значит и те, и другие интересы в нём будут, а ещё третьи да четвертые, мне пока не ясные.

— Думаешь, что она нас сдаст?

— Синоду — нет. Бандитам и подавно. А вот если решит, что талант такой можно на службу народу поставить по-за ради общественной справедливости, то может и не удержаться. Убивать не станет. Вывезет. Спрячет где-нибудь среди друзей, — это слово Еремей выделил так, что стало ясно, что речь идёт вовсе не о приятелях душевных. — Ну а дальше совсем иные люди с тобою договариваться станут. А договариваться они умеют, как и головы дурить. Нет, вариант не самый худший, и ежели прижмёт, то не думай даже, соглашайся. Сперва выжить надобно, а после уж и решать, то ли за своё благо страдать, то ли за общественное.

И вот тут я с Еремеем был всецело согласен.

— А Синод? — уточняю. — Если вот Михаила Ивановича найти. Мне он показался человеком порядочным… в какой-то мере.

— Вот, Метелька, гляди, как настоящие аристократы разговаривают. Никогда сволочь сволочью прямо не назовут, но скажут, что, мол, порядочный в какой-то мере, — Еремей хохотнул. — Нет, так-то можно… Синодники тоже помогут. Приют дадут… учиться тоже научат.

— Так, может… — встрепенулся Метелька. — Чего плохого?

— Плохого…

— За помощь втрое спросят? — предположения у меня имелись, их и озвучил.

— Если бы только… втрое и впятеро — оно цена подъёмная, поверь. Вот только Синодники давно уже на Запад глядят, что бы там Михаил Иванович ни говорил. Да и ему не всё известно. Синод — это не про святость. Люди там разные бывают… Михаил Иванович далеко не из числа худших. Напротив. Он из тех, кто за дело радеет…

Но таких везде меньшинство.

— А там, где повыше, там иные ветра… в Европе ихняя церковь куда большую силу имеет. Давно уж подмяла под себя Охотников, да и мажеских орденов держит с дюжину, если не более…

И это местным иерархам не даёт покоя.

— А наши от царя-батюшки зависят. И не от него одного…

— Но мы тут при чём?

— При том, что давно уж слухи ходят, что Синод не просто так любовью большою к сиротам проникся, и не токмо волею царя-батюшки приютам покровительствует, но из собственной выгоды немалой. Что ищет он средь сирот тех, в ком искра дара имеется. И забирает, чтоб воспитать не просто магов, но верных Синоду телом и душою… а на то у него свои способы имеются. Те же Исповедники, если так-то, не только душу наизнанку вывернуть могут, но и подправить в ней чего-нибудь. Аль в голове, чтоб в этой голове мысли правильные водились, а неправильные стороночкою обходили. пПэтому их боятся, а не по-за тайн, которые они вытянут.

Еремей ненадолго замолчал, потом выдохнул и продолжил.

— Встречал я одного… человека… из числа серых.

— А это кто?

— А это те, кто вроде как в послушничестве пребывают, в каком-нибудь дальнем да малоизвестном монастыре, навроде обители Савелия Блаженного на Сахалине. Слыхал?