Книга Громов. Хозяин теней. 7, страница 136 – Екатерина Насута

— Оно отдельно, — Татьяна нахмурила лоб, а Птаха, перебравшись на её плечо, потёрлась клювом. — Беспокойство. Почти исчезло, но всё равно… как бы само по себе. И теперь я его вижу. А так…

Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

— Я думала… а если… так, взгляд.

— Какой?

— Ощущение, что кто-то смотрит. Было. Сегодня. Днём. Когда мы сюда приехали. И потом, позже. Когда ваш этот… Каравайцев ушёл. И вы следом. Я с мальчиками ходила, показывала Сергею операционную. Николай объяснял. Потом спускались на ужин. И временами возникало это чувство. Исчезало. И снова. Людей много, я не очень обращала внимание. Но их и раньше было много.

— Но ощущения, что смотрят, не было?

— Нет, — Татьяна покачала головой и прикусила губу. — Знаешь, а каждый раз потом я начинала нервничать… Метелька уронил склянку, она разбилась. Я едва не накричала. А потом, в столовой в каше попался пригоревший кусок, и… стало обидно, до слёз.

— Никому не говорила?

— О том, что хочу поплакать из-за пригоревшей каши? Нет, конечно. Но… я просто выкинула из головы. А потом мысли появились эти. И крутились, крутились… мы с Николаем едва не поссорились. Я хотела тебя дождаться, а он ушёл спать. И мне советовал. Сказал, что вы под присмотром и вернетесь.

То есть, эти нервы — не сами по себе нервы.

— А Птаха?

— Она никого не замечала. Поэтому я и думала, что нервное. Что из-за… всего.

— А теперь так не думаешь?

— Теперь я не знаю.

— Сейчас ощущение есть?

— Нет, — ответила Татьяна сразу и не задумываясь.

— Во флигеле?

— Нет.

— А в больнице?

— Да.

— Часто?

— Нет. И появилось оно недавно… дня два. Да, два дня.

— Может, Шуваловы? Или Демидовы? Или ещё кто?

Татьяна опять задумалась, но покачала головой.

— Нет. Другое. Их люди в госпиталь без приглашения не суются.

— Другие медсёстры? Может, кто-то там планы строил? На твоего Николая? А тут ты. или просто не нравишься. Вот и смотрят издали, исподтишка.

— А переживания?

— Артефакт? — предположил я. — Чтобы вывести из равновесия. Какой-нибудь ментальный. Чтоб ты ссориться начала, чтобы разругались вы вусмерть. Или чтобы он понял, что ты истеричка.

— Неприятно, но возможно, — Татьяна ответила не сразу. — Хотя такой артефакт немало стоить будет. Медсестре он не по карману.

— Одоецкая?

— Во-первых, мы не так часто пересекаемся, она… живёт с девочками, неподалёку. Под присмотром. Во-вторых, зачем ей? Она хочет встретиться с Германом.

И сестрица рассчитывает, что из этой встречи что-то да получится.

— Но у нас не только медсёстры. В госпитале появились два новых целителя. И ещё помощники целителей. И их ассистенты. Николай давно хотел расшириться, но возможности не было. А после того, что случилось, и ремонт произвели, и финансирование, и прислали по государевой программе…

— Может, не он, а ты кому понравилась? Поссорят вас с Николя и утешат. Никто не приставал?

На меня посмотрели с возмущением. Впрочем, длилась эта игра в гляделки недолго. Татьяна вздохнула и сказала:

— Действительно… ты умеешь находить простые объяснения.

Как бы слишком простые. Если ментальные артефакты дороги, то никто не станет тратить их столь бездарно.

— Главное, не зацикливаться на них, — я перебрался на тахту.

— Действительно. А может, в самом деле нервы? Просто это вот беспокойство. Оно как бы появилось и вот, не уходит. И мысли в голове крутятся, крутятся. Сами собой. Мы поговорили про одно, а выплывает другое.