Книга Ещё более Дикий Запад, страница 134 – Екатерина Насута

И лежала.

Слушала.

— Здравствуй, – тихо произнес Чарльз, осторожно коснувшись руки. Сквозь пергаментную кожу проступали сосуды, и казалось, что стоит надавить, и кожа эта лопнет.

Синеватые ногти.

Синеватые губы.

Ублюдок умер слишком быстро после того, что он сделал.

— Здравствуй, – эхом отозвалась Августа. Шепот ее был тише голоса ветра за окном. Но Чарльз услышал. И улыбнулся.

— Это ты? – столь же тихо спросил он.

— Ты пришел за мной? – Августа повернула голову к нему.

— Да.

— Зачем?

— Чтобы спасти.

— Я не просила меня спасать.

— Ты… помнишь?

— Помню.

— Что?

— Все помню. – Ее безмятежная улыбка пугала. – Помню, что жила. И любила. И была счастлива.

По спине Чарльза пробежал холодок.

— Помню, что меня тоже любили.

— Не только тебя.

— Не только. Но он бы понял. Уилл. Рано или поздно он бы понял, что ему нужна лишь я. И отослал бы прочих. И мы жили бы втроем. Он, я и наш сын.

— Или дочь?

— Сын. Он хотел сына. – Она попыталась сесть, и Чарльз поспешно сунул ей за спину подушку. От Августы пахло болезнью и… безумием?

А оно имеет запах?

Похоже, что так.

— Что ты мне дал? – поинтересовалась сестра. – Сиу намешала? Еще та тварь… нелюдь… знаешь, Уилл заставил бы их племя склониться пред его величием.

— Украв артефакты?

— Он не крал. Они сами принесли. – Августа откинулась на подушки и погладила живот. – Они присягнули бы на верность. И он был бы милостив к своим подданным. Ко всем подданным.

— Ты встречала деда?

— Конечно. Он приходил. Самоуверенный козел.

Это какая-то другая Августа. Та, прежняя, его сестра в жизни не опустилась бы до того, чтобы обозвать кого-то.

— Тоже думал, что умнее всех. Решил воспользоваться Уиллом… это ты его убил?

— Не я.

— Неважно. Он бы все равно умер. И остальные… все, кто мешал нашему счастью. И непонятно только, почему ты жив?

Она поглядела так требовательно, что даже стало неудобно.

— Августа…

— Я бы стала императрицей.

— А я бы умер?

— Возможно. Или занял бы достойное место у трона.

— Служа самозванцу?

Странный получался разговор. Разве о том надо? Надо спросить о самочувствии. И заверить, что теперь все закончилось, что они скоро отправятся домой, всего-то пару дней нужно, чтобы порядок навести и заправить баки дирижабля летучим газом.

А там…

— Он не был самозванцем. – Глаза Августы блеснули. – Он был драконом! Возрождавшимся! А ты… ты его убил!

— Не я.

— Конечно, твоя потаскуха…

— Замолчи.

— Она пришла. Обманула… и убила! Ты и она… будьте вы прокляты!

Этот визг ударил по ушам. И мрачноватого вида сиделка, присланная Дэном, поспешно перехватила руки Августы.

— Не шали, девонька, – сказала она неожиданно мягким низким голосом. – О ребеночке подумай.

— Он… он родится!

— Обязательно. – Сиделка была крупной и грубоватой женщиной, до того некрасивой, что и смотреть-то на нее не хотелось. – Обязательно родится.

— Сын.

— Может, и дочка.

— Сын нужен! – заспорила Августа, неожиданно успокаиваясь. – Уиллу был нужен сын!

— Будет сын.

— Наследник!

— А то.

— Он родится… он вырастет. Я расскажу ему все. И он вас убьет! – радостно завершила Августа, откидываясь на подушки. – Пить хочу.

— Сейчас, детонька. Водички? Или вот бульончику? Бульончик хороший, бульончик силы даст. Давай-ка ложечку… вот умничка… у такой красавицы…

Сиделка ворковала, успевая и подушки взбить, и одеяло поправить, и удержать Августу, обжигающий взгляд которой не обещал ничего хорошего.