Книга Ещё более Дикий Запад, страница 8 – Екатерина Насута

— О! Чарли… – Белая, как и все остальное в этой комнате, дверь распахнулась, впуская донельзя счастливого Эдди. – Живой! А мы уж беспокоиться начали.

От Эдди пахло розовой водой, а еще мясом, сдобой и прочим съестным, отчего в животе у графа заурчало.

— Живой. – Чарльз сглотнул слюну, наполнившую рот. – Где я?

— Гостиница «Белый лебедь». Между прочим, лучшая в городе.

— Ага. – Чарльз опять сглотнул, поняв, что еще немного, и не справится. – Есть хочу.

— И хорошо! – Кажется, Эдди подобное заявление весьма обрадовало. – Значит, и правда живой! И жить будешь. Вот поверь моему опыту…

— Эдди!

— Идем. – Он хлопнул Чарльза по спине, и от этого удара граф едва не упал, но его подхватила заботливая орочья лапа. – Ты, главное, не переживай… если подумать, то все не так и плохо.

Это прозвучало не слишком утешительно.

Помимо спальни, в номере для новобрачных – а Эдди доверительно сообщил, что иных-то и не нашлось, разве что одиночные, а им надобен побольше, – имелась гостиная, выдержанная в тех же светлых тонах и украшенная чучелами лебедей. Исполненные с немалым мастерством, чучела держали огромное зеркало, мимо которого Чарльз постарался прокрасться незаметно, но все одно уловил собственное отражение и не сдержал протяжного стона.

— Ты не переживай так. – Эдди воспринял стон по-своему. – И женатые мужики живут. Женитьба – это же не конец света…

— На твоей свадьбе я тебя тоже так утешу, – мрачно буркнул Чарльз, рухнув в кресло. Низкое, укрытое белоснежным покрывалом, оно оказалось мягким, и Чарльз даже решил, что сейчас вовсе провалится.

Не провалился.

Дотянулся до столика, на котором виднелся серебряный поднос, а на нем в свою очередь серебряные же блюда.

— Милисента где?

— В ванной. – Энди вздохнул. – Ты… извини, но это надолго.

— Пускай. – Чарльз поднял крышку и едва не захлебнулся слюной. На крупном куске мяса, украшенном веточкой розмарина, плавился кусок сливочного масла. И золотистые дорожки бежали по стейку, мешаясь с крупной солью и темными перчинками. Появилось желание забыть про все манеры и просто впиться в этот кусок зубами.

Сдержался Чарльз немалым усилием воли.

— Рассказывай, – велел он, понимая, что вляпался во что-то куда более серьезное, чем рассчитывал.

— Ну… тут такое… в общем… – Эдди осторожно опустился во второе кресло и потянулся к кофейнику. – Твой приятель, который некромант, он полагает, что брак вы заключили не просто так, а нерасторжимый.

Мясо оказалось сочным.

И нежным. И вкус его, подчеркнутый приправами, доставил такое наслаждение, что Чарльз замычал.

— Он сказал, что вы принесли клятвы. А свидетелями стали древние силы. Может, даже божества.

— Сиу?

— Не только… может, племена помнят не так и много. Дед мой говорил, что когда-то были особые места. – Эдди наполнил крохотную чашку, которую держал явно с трудом. – Туда приходили, чтобы вершить суд. Или договор заключать. Или торговать. Или еще что… ну, раньше, до вас, людей, тоже не особо мирно жили. Вот такие места и возникли. Там кровь всех первых. Орков, сиу, подгорников, даже людей. И потому-то там древняя сила. А потом появились люди с другой стороны моря, и все переменилось.

Чарльз вздохнул.

Стейк оказался куда меньше, чем выглядел, и закончился слишком быстро. Правда, под вторым серебряным колпаком обнаружились ломтики картофеля, обжаренные до золотистой корочки. А к нему – бекон и тонкие острые колбаски.