Онлайн книга «Черный принц»
|
…выглядит глупо. Нелепо. Сбивается, спотыкается, но Брокк не позволяет упасть. — Не думай о них. – Брокк останавливается и, наклонившись, берет ее лицо в ладони. – Ты постоянно пытаешься посмотреть на себя, поэтому и отвлекаешься. — Там будут… — Смотреть. Я знаю. …две недели прошло. А ей еще снится полет. И море под крыльями дракона. Рисованные скалы, ненастоящие издали и все же величественные. Каменные стены и кипящие волны. Корабль. Пропасть. И Брокк на краю ее. Во снах Кэри он стоит, раскинув руки, покачиваясь, готовый нырнуть в провал. Кэри зовет его по имени, в тщетной попытке остановить. Сны всегда обрываются до того, как он прыгает. Они не кошмары, они… предупреждение? И сейчас, вцепившись в его руки – близко, как же близко он, – Кэри запрокидывает голову, смотрит. Устал. Наверняка работает по ночам, а спит в мастерской, выбирается лишь затем, чтобы появиться в ее, Кэри, доме. Он ведь обещал научить ее танцевать. — Девочка моя, – нос к носу, глаза в глаза, и странно, и жутко, и хочется отступить, возвращаясь за разрушенную границу, но Кэри не позволят, – да, на тебя будут смотреть все, и… это очень неприятно. Левая рука в перчатке, а правая – голая. Горячая. И пальцы ее ловят пульс Кэри. — Но увидят они… …белую цаплю. Платье из альвийского шелка уже почти готово. И на альвийский же манер. — …увидят, – шепчет Брокк, – очень красивую женщину… тебе не нужно оглядываться в зеркала. Закрой глаза. — Зачем? — Поверь. И закрой. Он отпускает Кэри, но уходит недалеко. Держится рядом, держит за руки, бережно, нежно почти. …две недели прошло. Но памятью о том полете есть маска в шкатулке и сама шкатулка из темно-красного живого бука. Посеребренные птичьи перья ожерельем. Вкус ветра. И куст льдистых роз, которые доставили на следующий день. Закрыть глаза… — Не подсматривай. – Она ощущает мягкое прикосновение шейного платка, который пахнет Брокком. – Просто слушай себя… позволите, леди? Он снова задает этот вопрос, зная ответ наперед… и позволит. Рука в руке. — Слушай музыку… …рука в руке. Надежная опора. Путь для двоих и остановка. Шаг назад, почти разрывая сцепленные пальцы. И шаг вперед, сплетая вновь. Полупоклон. И разворот. Остановка, которую играют скрипки. Странная тревога… уходит. Брокк рядом. А музыка смолкает. И в наступившей тишине она слышит громкий стук его сердца. Кажется, Брокк сам нарушил правила танца. Стоит слишком близко. — Ты… — Я. – Он наклоняется. Странно, не видеть его, но знать, что он делает. И тянуться навстречу. Рука еще в руке. И уже на его груди. Под пальцами мягкая ткань рубашки… он не любит носить жилеты, говорит, что они – глупая блажь, сродни корсетам, но на самом деле ему просто сложно с пуговицами управляться. На жилетах они мелкие, тугие. — Кэри… — Да? Губы касаются губ. Так робко. И мягко. Наверное, это еще не поцелуй… или уже все-таки… на сей раз без привкуса льда… и все равно голова кружится. Хорошо, что он держит. И Кэри сама цепляется. За руку. И за рубашку. За шею… и волосы гладит… — Кэри… Ей нравится, как он произносит ее имя. И то, что отпускать не спешит. Ей вовсе не хочется, чтобы ее отпускали. — От тебя пахнет ветивером… — А мне казалось – машинным маслом. — И маслом тоже, но ветивером – сильней… а еще льдом… тем, который с вершины… и камнем. |