Онлайн книга «Змеиная вода»
|
— И не я, - Зиночка покачала головой. – Не надо, княже… чего я натворила, за то и отвечу, а вот ни Надежду, ни Ангелину я не убивала… И стало быть, прав был Бекшеев. Два у нас дела. И одно раскрыло. — А Зою? – впрочем, сам Бекшеев не собирался отступать. И по тому как Зиночка понурилась, я поняла: угадал. – И Антонину… про Антониру расскажи. — Тонька… она догадываться стала… напрямую не говорила, нет, но вот так бывало скажет и смотрит на меня… или поинтересуется вскользь, типа, интересно, что думают люди, когда других изводят… и снова на меня смотрит. А я ничего. Будто не понимаю. Говорить пускай говорит себе, но… в полицию она не пошла бы. Не с чем. Да и тогда признаться ей бы надо, чем она сама промышляет. А подпольные аборты незаконны. И кроме них многое можно было бы притянуть. Зиночка молчать не стала бы. Вот и вышел крепкий союз змеи и черепахи. — Когда привезли тело Северцевой, вы испугались? — Когда про некроманта услышала… они же ж проклятые все! – и Зиночка осенила себя крестным знамением. – Он бы душу к себе призвал… — И она рассказала бы, кто убил? — Нет! Её душу на небо не пустили бы! Она бы проклятою стала! Нельзя так… не по-божески. Да, безумие бывает разным. И в чём-то оно даже логично… — Я и решила… помолиться… крест нарисовать. Святой водой облить… — И сжечь? — Да… я… нашла мазь… она горит долго. А настойка на спирту, то и хорошо. Если одно с другим смешать, совсем ладно получится. Как раз так, чтоб долго… а когда тело порченое, тогда некромант не возьмется. Самое странное, что переломанная эта логика сработала. — Я ведь аккуратно… так, чтоб не попортить ничего… я ж понимаю… не хотела людям вредить. Только душу невинную на небеса… — Антонина вас застала? — Да, - Зиночка вытерла ладонями сухие щёки. – Застала… сказала, что… что теперь я буду должна ей деньги. Что… все-то, которые скопила… я копила для мамы, чтобы увезти… ещё сказала, что я дура, как и её сестрица… что… маме уже не помочь, а деньги… зачем таким дурам деньги? — И вы её убили. — Такая злость взяла… я шла за ней, я говорила… рассказывала… я думала, она поймёт. А она только посмотрела этак… с насмешкой… и сказала, что я ещё большая дура. И что нет Бога, что ничего там нет… что всё зря и никого-то я не спасла! Опасно разрушать чужое безумие. — И я… я схватила… там… кирпич. Я им дверь подпирала. — В морге? — Да… там страшно, когда закрытая. Я боюсь мертвецов… вот… и дала Тоньке по голове. Она и… всё… — А водой зачем обливали? Мелочь. Но в безумии нет мелочей. — Чтоб грехи отпустил Господь. Она же много дурного сделала… но невинноубиенная, если так-то… Небесная коллизия. — А если б некромант её душу потянул, тогда б и она тут осталась… нет, пусть на небеса идёт. Зою… Зою я не хотела… я… к Толику шла. К домику его охотничьему… ему капельницу надо было ставить. Нельзя пропускать. А тут Зоя… и в слезах. Я её остановила, спрашивать начала, а её прямо затрясло всю. И начала кричать… кричать… сказала, что всё-то про меня знает. Что всем расскажет, что… толкнула меня. Я упала и головой… Она голову потрогала. — Помню, что больно сделалось… очень… и ещё кровь. У мамы тоже кровь… когда он приходил. Много крови… из носа, из ушей… и хоть бы раз она ему сдачи дала… хоть бы раз… и снова злость накатила. От крови этой. От слабости своей! Прямо себя не помню… помню, как трясу её, а она и не дышит будто… |