Онлайн книга «Змеиная вода»
|
— Так… отвары разные… вон, моя мамка брала у ней мазь для спины, чтоб на гадючьем жиру. Очень помогала… гадания – хрень полная и Господь не велел гадать. А вот мази у Тоньки хорошие были, - он тут же осекся, верно, сообразив, что с мазью теперь будет сложно. – Ох ты ж, Божечки мой… как теперь-то… — А целители? Вон, целых два… — Да что они умеют-то? Ну… нет… так-то я понимаю, что надобно к целителям захаживать… Только знахарка – это куда как привычнее. — Я и сам давече ходил. — И как? — Да, говорят, эта… язва у меня, - жандарм скривился. – И пить нельзя. Курить нельзя. Жареного нельзя… острого тож. Капельки какие-то выдали, а у меня от них отрыжка и в животе бурчит. У Тоньки-то, пусть и брала задорого, ничего такого… ну… — Пить и курить не запрещала? На диету посадить не стремилась, - уточнила я. И жандарм кивнул. — А скажите, любезный, - раздался хриплый голос Бекшеева. – Змеиною водой она тоже промышляла? — Чем? Так… не знаю… - жандарм явно растерялся. – Может, и промышляла… змеиные зубы у ней были. И еще кости тоже, она девкам продавала… чешую опять же… Вот прям представляю, как тяжело живется гадюкам в этой местности. — А про воду… это… не знаю. Знает. Точнее понимает, о чем речь идет, но взгляд отводит, ведь разговор ему диво неприятен. И губу вот выпятил нижнюю. — А вы тут уже все… там же ж просили узнать, чего с телом. — Тело отправьте в ячейку, - распорядился Бекшеев. – Фотограф есть? — Не-а… был, но запил. Уж три дня как… — Ясно. — Тихоня отснимет, - ответила я, подозревая, что этим он и занят. Ну не над трупом же покойницы чахнет, а вниз не совался. — Хорошо. Пусть отснимет. Вещи… золото снять под опись. Все. Ясно? И не приведи вас хоть что-то потерять… — Так… мы ж… с пониманием. — К дому покойной отправьте кого… — Кого? — Кого-нибудь, - Бекшеев позволил себе пустить холода в голос. – Пусть присмотрит, чтобы не разграбили, а то ведь мало ли… — Эт точно… - жандарм закивал. – Люди ныне… никакого понимания, прости Господи… всем только одного и надобно. И сказано в Писании, что наступят времена… Я дослушивать не стала. — Морг опечатать. И завтра никого… — Может, - сказала я тихо, - Девочку попрошу посторожить? В коридоре ляжет, тут до утра всего-ничего. А тебе поспать надо. И мне тоже. Прошли времена, когда я могла сутками и без сна или почти без сна. Сейчас вон в голове каша, в легких – душный дым… — Хорошо, - спорить Бекшеев не стал. – Завтра осмотрим дом… и дальше будет видно. Будет. Людочка и Захар обнаружились перед госпиталем. Людочка рыдала, Захар морщился, кривился и утешал. — Здание вон целое… пострадавших нет… Людочкины рыдания слегка унимались, чтобы тотчас возобновиться с новой силой. Главное, она тоже что-то говорила, слезливо-невнятное, и расслышать, что именно, не получалось. При этом Людочкина голова умудрилась как-то удобно пристроиться на плече Захара. Да и в самих рыданиях чудилось нечто этакое, донельзя театральное. Я кивнула обоим. — Домой идите, - сказал Бекшеев. — Как… — Обыкновенно. — А… люди? Мы огляделись. Люди, конечно, были, но большей частью зеваки, да и тех пара, кому совсем нечем заняться. — Временно разместят в школе. А завтра уже посмотрим, что и как. — Здание не пострадало. Только морг и тот частично, - ответил Бекшеев. – Тело Стрелецкой сожгли. |