Онлайн книга «Ненаследный князь»
|
Панночка смущалась, розовела, теребила атласную ленточку, коими был украшен корсаж белого ее платьица, и вздыхала так, что грудь ее, весьма, к слову, впечатляющая грудь, приходила в приятное волнение. И волнение это поневоле передавалось Матеушу… …коварная Анелия была синеглазою блондинкой, пышных форм, мягких очертаний. — Рад приветствовать вас, милейшая панночка, — сказал он, старательно глядя в черные лукавые глаза. — И я… рада… — Голосу красавицы оказался низким, бархатистым. — Всю жизнь мечтала хоть одним глазком глянуть: как оно во дворцах-то… а дядечка не пускал. Дядечка говорил, что рано мне ко двору ехать, там разврат один… Ее величество покачали головой и со значением воззрились на его величество. Тот лишь крякнул и ущипнул себя за подбородок. Разврат? Так разве ж то разврат был? Просто некоторая вольность нравов… вечно все в провинциях переврут, извратят… — Но я вижу, что дядечка ошибался. — Красавица улыбалась так искренне, что и Матеуш от улыбки не удержался. — Нету тут разврата. Красота только… — Милое дитя… — восхитились его величество. — Просто очаровательное, — с легким раздражением согласились ее величество. Матеуш промолчал, чувствуя, как отступает хандра… Принцессы нахмурились больше прежнего и девушку провожали взглядами раздраженными, верно, еще более остро осознавая собственную некрасивость, компенсировать которую не способны были ни титулы, ни королевские драгоценности. И в этом факте Матеушу виделась некая высочайшая справедливость… это, конечно, если отрешиться от портрета дорогой невесты. Все-таки справедливость кажется еще более справедливой, когда не затрагивает лично твои интересы. — Дорогой, — покинув тронный зал, ее величество обратились к сыну, — твое внимание к этой девушке будет… неуместно. Она коснулась королевских рубинов, которые в полумраке коридора гляделись едва ли не черными. — Одно дело — соблазнить замужнюю даму… …тут еще надобно разобраться, кто и кого соблазнял. — …и совсем другое — невинную девицу… Это Матеуш сам понимал. Впрочем, подыскать для королевской фаворитки подходящего мужа — задача не такая сложная… Ближе к полудню Евдокии доставили огромную коробку, перевязанную пышным шелковым бантом. От коробки сквозь плотный картон исходил умопомрачительный аромат чеснока, а внутри, на промасленной кальке, укрытые тончайшей вуалью папиросной бумаги, украшенные колечками маринованного лука и крупными ягодами клюквы, лежали колбаски. «Сытного дня милой панночке, Л.». Карточку Евдокия прочитала трижды и, заалевшись, чего с ней не приключалось давно, спрятала в ридикюль. Колбаски оказались сочными. Горячими. И мясной сок стекал по подбородку, по пальцам, которые приходилось облизывать. Евдокия ела, едва ли не урчала от удовольствия, то и дело поглядывая на дверь… ручка швабры, позаимствованной в кладовой, не казалась ей надежным запором. Желудок наполнился приятной тяжестью, а на душе потеплело. И ночные тревоги отступили, и дневные проблемы с ними… …и в прочувствованной речи Лихослава теперь виделась своя правда… …а почему бы и не выйти за него замуж? Он молодой, красивый… …в карты играет, сам признался… …и у семьи долги, а значит, только за картами дело не станет. И вообще, к вопросу будущего замужества Евдокия собиралась подойти серьезно, по-деловому. И следуя собственному же решению, она открыла записную книжку. Понюхав пальцы, от которых, несмотря на лавандовое мыло, пахло точно так же, как от вчерашних маргариток — чесноком и острыми приправами, — Евдокия вывела первое имя… |