Онлайн книга «Хроники ветров. Книга желаний»
|
— В качестве кого? — В качетсве вице-Диктатора, наделенного весьма широкими полномочиями. Я даже готов дать тебе замок: восточный или западный… Северный, к сожелению разрушен, сайвы постарались… ну да нам ли преживать о замке, когда есть еще два? Карл сделал вид, что раздумывает над предложением, хотя чего тут думать, когда другого выхода просто нет. Или согласиться, или умереть. Умирать он не собирался, а вот выиграть время, рассчитаться… в истории часто случалось, что вице-диктаторы становились просто диктаторами. Марек нервничает, хоть и не подает виду, кажется, пауза затянулась… — Я согласен. — Вот и славно. — Марек рассмеялся. — Я знал, что ты достаточно разумен… надеюсь, ты не собираешься играть против меня? — Конечно, нет. — Карл позволил себе улыбнуться в ответ. — Твое здоровье! А мадера ему все-таки не нравится, густая, вязкая и воняет кровью. Вместо эпилога Вальрик Третьи сутки пути и вот, пожалуйста, впереди замок. Темные стены, круглые сторожевые башни и массивное кольцо сторожевого вала, за которым, надо думать, скрывался глубокий, заполненный водой, ров. — Добрались. — Пробормотал Морли, и в голосе его не было радости. — Ну что, командир, может, передумаешь? Люди-то вот, рядом, мы уж как-нибудь сами… Вальрик был благодарен Морли за предложение, потому что сам хотел сказать что-то подобное, но побоялся оскорбить Рубеуса. — Нет. — Ну… тогда… — Морли беспомощно обернулся на князя, то ли поддержки ждал, то ли приказа, а Вальрик в очередной раз не знал, чего приказать. Вернее, знал, поскольку все было оговорено заранее, вот только язык не поворачивался сказать такое, и вместо четкой команды получилось невнятное. — Оружие бы… Рубеус молча отдал и палаш, и пистолеты, и даже нож, который, по мнению Вальрика, оружием не являлся. Нарем пробормотал что-то вроде благословения, и от этого стало еще хуже. Благословение — это что-то, принадлежащее Ватикану, а Вальрику меньше всего хотелось думать про Ватикан и то, что ждет за его воротами. Аркан моментально откликнулся на зов Вальрика, князю даже показалось, что эта вещь… это существо… жило ожиданием момента, как хороший пес, смысл жизни которого был в служении хозяину. Пес тяжело переживал забвение и факт, что тот, кому положено сидеть на цепи, гуляет на свободе. А теперь, когда хозяин вспомнил… доверил… пес был готов служить и службой доказывать свою собачью верность. Вальрику были неприятны образы, внушаемые Арканом, но отделаться от них не представлялось возможным. Рубеус, прикоснувшись к ошейнику, заметил. — Я больше ее не слышу. — Кого? — Коннован. И Ветров тоже. Будто снова стал человеком. Никогда не думал, что быть человеком настолько неприятно. — Еще можно вернуться. Пес-аркан на руке, уловив намерения хозяина, обиженно заскулил, он не желал оставаться без работы, не желал отпускать жертву на волю. Вместо этого Рубеус бодро зашагал по направлению к замку, и Вальрик, испытывая необъяснимое раздражение — Аркан нашептывал, что подобное проявление самостоятельности должно быть наказано — поспешил следом. Он не станет слушать преданный, собачий голос Аркана. Никогда не станет. Коннован Передо мной снова расстилалась серебристо-серая, будто подернутая инеем, степь. Высокая трава несмотря на отсутствие ветра шелестит, шумит, вздрагивает крупными волнами, и в этом движении мне чудится проявление разума. Глупость, трава по определению не способна быть разумной. Хотя… от Пятна можно ждать чего угодно. На то, чтобы найти Полигон и активировать Молот Тора у меня пятьдесят семь дней… Нужно торопиться, и преодолев отвращение, я ступила в злое серебряное море. Пахло сухим сеном, ромашкой и еще чем-то непонятным, неприятным, но вполне соответствующим этому месту. Я закрыла глаза, привыкая к запаху и месту, а, открыв, увидела дверь. Аккуратную деревянную дверь с желтой латунной ручкой и квадратной табличкой-предупреждением. "Осторожно, злая собака". Я постучала по дереву, убеждаясь в реальности двери, и нажала на ручку. А, собственно, говоря, почему бы и нет? Е. Лесина, 2008 |