Онлайн книга «Эльфийский бык 1»
|
— Интересно, — произнес князь. — Кофе остыл. — Пустяки, сварю новый… но весьма тебе благодарен. Твоя импровизация выше всяческих похвал. А вот я, кажется, был весьма близок к провалу. Похоже, возраст сказывается… — На комплимент напрашиваешься? — Немного… — А в этой самой «Эгиде»… — Есть наши медицинские карты со всеми положенными анализами. И подтвержденными уровнями силы. — Зачем им? — Интересный вопрос, Софьюшка… весьма интересный… полагаю, чтобы использовать нас с максимальною пользой. Для себя, само собой. — Думаешь, хотят продать в рабство? — Не уверен… скорее наоборот. Я совершенно точно уверен, что дело тут не в рабском труде. — Почему? — Тебе это и вправду интересно? — Само собой, — Софья Никитична приняла чашку со свежесваренным кофе. — Или вы тоже думаете, что я — слабая хрупкая женщина, нервы которой подобных разговоров не выдюжат? — С учетом… некоторой своеобразности вашего дара, да и в целом вашей жизни, полагаю, что твои нервы вполне себе выдержат небольшую беседу, пусть и о вещах не самых приятных. Я тебя не обидел? — Нет. Как-то вот… знаете… — Знаешь, — поправил князь. — Все же лучше как-то определиться… постоянные переходы в обращении могут быть весьма подозрительны. Софья замолчала. Кофе был отменным. А разговор… в пансионе учили поддерживать беседы. Такие вот легкие и светские, которые помогают вовлечь и развлечь, и заполнить пустоту молчания, если вдруг случиться таковая за столом. Но это же не то… Это как кукольное чаепитие, когда вроде бы все есть и даже чай можно заварить настоящий, а оно все одно понарошку. — Мои родители весьма разочаровались моим поступком… да и до того говорить с детьми было не принято. — Понимаю. Меня тоже долго не пускали за общий стол. — Обычная практика, — кивнула Софья Никитична, почему-то очень радуясь, что она не одна такая. — Потом… супруг мой был хорошим человеком, но он считал, что я очень далека от всего того, чем он занимался… да и я не особо вникала. Нам очень быстро стало не о чем говорить. Дети… Павел рано уехал. И в целом он, как и его отец, очень старается беречь мои нервы. Яков Павлович слушал внимательно. — В свете говорят обо всем сразу, но это вот… не то. Я уже давно завтракаю, обедаю, а нередко и ужинаю в одиночестве. Как-то и привыкла… однако не собираюсь упускать случая поговорить о чем-то действительно интересном… — А ты не хотела бы учиться? — В моем-то возрасте? — Твой дар… я понимаю, что при уровне пятом-шестом особой нужды учиться нет. Но второй? Если второй. Софья Никитична позволила себе улыбнуться. Второй, первый… какая разница? — И как вы… ты себе это представляешь? — уточнила она. — Я в университете, среди ровесников моего внука? Это… будет довольно эпатажно. — Да, пожалуй. — Учителей я нанимала. В частном порядке. Так что поверь, свой дар я полностью контролирую… — Нисколько не сомневался. Будь иначе, я бы ощутил. И не только я. Софья Никитична позволила себе кивнуть. Дар… Еще одно серьезное разочарование. Будь она мальчиком, все бы порадовались бы, вспомнили великого прадеда… но девочке? Это почти неприлично, чтобы девочка и с таким вот даром. Потому в семье о нем старались лишний раз не упоминать. Софья и сама привыкла делать вид, что дара этого и нет. — Так, значит, думаешь, дело не в рабстве, — тема становилась не самой приятной, и Софья Никитича решила повернуть беседу в нужное русло. |