Онлайн книга «Эльфийский апокалипсис»
|
Идея вдруг показалась не такою и плохой. В монастыре вон и стены намоленные. И каменные, высокие. Монахи опять же… И некроманты в монастыри не лезут. Чего им там делать? — На хрен. – Мнишек повернулся к дороге, на которой оседала пыль. – На хрен все. Я с тобой. — Куда? — В монастырь, чтоб его… В конце концов, ему еще в начале недели астропрогноз советовал пересмотреть жизненные приоритеты. Автобусы выползали из предрассветного тумана. Разноцветные, разномастные, они все одно казались какими-то до боли похожими. Останавливались у рынка. — Пришел? Это хорошо, это замечательно. – Тополев окинул Лешего насмешливым взглядом и повесил на шею ему веревочку с артефактом. — Зачем? – Леха приподнял веревочку пальцем. — А чтоб мозги не отключило с непривычки. Ты ж хоть и одаренный, но поверь, лишним оно не будет. Артефакт был явно незаконного производства, во всяком случае, клейма Леший не обнаружил. — А… чего? — Того. Нам паника нужна? Не нужна. А люди тут нервные живут, беспокойные. Вот и приходится действовать подручными средствами. – Через ментальные подавители? – Не бери в голову, – сказал Тополев, и это прозвучало приказом. И Леший шкурой понял, что или он внемлет совету, или его прямо тут и положат. Попытаются. — Ага… добре тогда. А то как-то оно у вас тут… странно, что ли? И башка гудит, что с перепою. — Вот-вот, – взгляд Тополева чуть смягчился, – погоди чутка, оно и полегчает. В общем, расклад такой. Часам к восьми люди пойдут. Рассаживай. Смотри, у каждого будет пропуск. Дальше просто: с зеленым отправляешь в автобусы с зеленою меткой, с желтым – к желтым соответственно. — А куда поедем? — Так… в эвакуацию. Передали, что угроза какая-то. Хрен его знает, что за она, но приказ вышел. Мы о своих людях заботимся. По расчетам транспорта должно хватить, но, если что, пихай плотнее. Тут недалеко. — До убежища? Леший прикинул, что Тополева он уберет без проблем. И тех четверых, что рядом держатся. Стало быть, не верит Тополев окружающему его спокойствию. — До убежища, Лешенька, до него… А потом и сам собирайся. Вон, можешь с невестушкой своею, – он подмигнул, – и со стариками заодно уж, раз вы сдружились. — Да как… она ж вроде с ними. С бабкой Весны не ладится. Склочная, тварюга, – пожаловался Леший. – А старики прикольные, бабка вон пирожки печет. Вкусные. — Пирожки – да, аргумент. Ну и лады, действуй. И по плечу хлопнул. В семь тридцать ожили громкоговорители, и над Осляпкино зазвучал бодрый женский голос: — Внимание, внимание! Объявлен режим чрезвычайной ситуации. Всем жителям надлежит к восьми часам… – голос этот отдавался в висках ударами боли, стало быть, подавители выкрутили на максимум. – …взяв с собой документы и карты жителей… Кто-то из стоявших рядом поморщился: — Чего она орет-то? Твою же ж… У кого-то и кровь пошла из уха. А что они думали? Амулетики работали, но через раз. Ибо не хрен с паленкой связываться. — Эй, – Лешего толкнули в спину, – к красным иди. Глыба тебе и сподмогнет… — Чего его… – раздался шепот. — А с Глыбой ты хочешь работать? Пускай новенький отдувается. Все равно… Зазвучала бодрая музыка, побуждающая к действию. А Леший задумался, справится ли камера с туманом. И будет ли запись вообще? Вдруг не только ментальные подавители стоят? Хотя артефакты глушить не должны, собственные ж их работают. |