Онлайн книга «Эльфийский апокалипсис»
|
Правда, недалеко. Молоко определенно стоило допить. — То есть без этого наряда вы не можете жениться? – уточнила Любима. — Формально могу. И неформально. – Не ему, взрослому и опытному, прожившему не один десяток лет, признаваться в суеверности. – Но есть семейная легенда, которая говорит, что это платье – своего рода гарант счастливой семейной жизни. И брат вполне счастлив. И мой отец, как и его отец. — Я поняла. А воспользоваться тем, которое у брата… или нельзя? — Если бы мы были просто братьями… Скажем, у отца есть младший. И он надевал платье на свою свадьбу, но мы-то близнецы. И то ли это ошибка, то ли изначально так задумано. Нарядов ведь было два. Так вот, платье считает, что я и мой брат – мы одно. — А он уже женился. — Именно. — В таком случае буду рада, что вы получите свой шанс. — Честно говоря, я и не думал, что мне он нужен. Но у брата тоже близнецы, а я люблю племянников. Калегорм широко зевнул и прихлопнул комара. А потом отметил, что уши не чешутся. И щеки. И чувствует он себя неплохо. Даже очень хорошо себя чувствует. Выспавшимся. А этого… да за последние полсотни лет не случалось. И мелькнул страх, а что, если права почтенная Софья Никитична? И дело не просто в экологии – в Предвечном лесу она не хуже, – но в конкретной экологии конкретного места? И если Калегорм отсюда уедет, не получится ли, что вернутся усталость и бессонница? И в целом… — Скажите… – Он вдруг понял, что задавать вопрос несколько неудобно. А на него смотрят. С ожиданием. И с надеждой какой-то, которую бы оправдать. И он бы рад оправдать, но понятия не имеет, на что Любима надеется. – А вам в хозяйство юрист не нужен? — Юрист? — Я неплохо знаю законодательство. И в экономических вопросах разбираюсь. Часть ваших долгов можно оспорить судебным порядком. Да практически все, заключенные в последние пять лет. Дальше я еще не успел посмотреть документы, но очевидно, что имел место заговор с целью оказания экономического давления… — Нужен. – Любима моргнула. – Знаете, потом… ну, когда Анатолия не стало, я пыталась найти себе дело. Чтобы ожить. И пользу принести хоть какую-то. Я чувствовала свою вину перед Васей. Нашла этого вот, в дом притащила, доверилась. Обе доверились. Дуры… — Честные люди беззащитны перед чужой подлостью. А молоко закончилось. Горбушку же хлеба утащила конопля. — Вот… не о том… Я тогда решила все исправить хоть как-то. И начала разбираться в документах, пытаясь понять, чего же наподписывала и наразрешала. А там все так запутано, и приходилось сосредотачиваться, чтобы понять, о чем речь. И тогда, как ни странно, я оживала. А однажды поняла, что, когда занимаюсь всем этим, даже счастлива. Немного. — Но юрист все-таки нужен? — Думаю, хороший юрист везде пригодится. И ты нисколько не занудный. И когда рассказываешь, то очень даже интересно… — Да?! Любима кивнула. А потом сказала: — Там костры развели. Маруся уверила, что всю ночь гореть будут. И если хочешь… – Она протянула руку. — Хочу, – честно ответил Калегорм, руку принимая. – Но как же дом? За ним надо присматривать. — Ай, он сам за собой присмотрит. Купель вон раскололась на части… — Кстати, их можно будет продать. Редкий материал. Дорогой… И вырученного хватит на модернизацию хозяйства. Нет, позже компенсации придут, но тяжбы затянутся надолго, а деньги нужны быстро. |