Онлайн книга «Эльфийский апокалипсис»
|
— Вот и ладно… А что за ярмарка-то? Ну если не секрет. — Да какой секрет… – начала было Василиса, потом опомнилась, что кое-какие обстоятельства являются не то что секретом, но представляют собой ту самую государственную тайну, разглашение которой влечет за собой срок. – Просто… пригласили… поручили. Нашей компании. Я в компании работаю! Пиаром занимаемся, проектами всякими, рекламой. Ну и ивенты устраиваем. — Чего? — Мероприятия. – Василиса пошевелила ногой, та шевелилась, но как-то нехотя. Блин, а ведь смеркается. Точнее, смерклось почти, и ее наверняка хватились уже. Она вытащила телефон, но… — Тут связи нет, – сказал Серега. — Мне начинать бояться? — Чего? — Не знаю… Темный лес, я одна беззащитная. И ты. Ты не маньяк? – В груди запоздало шевельнулось нехорошее предчувствие. — Не-а, зуб даю! – Он улыбнулся во всю ширину упомянутых зубов, явив их, белые, ровные и какие-то очень крупные. – Тут маньяки не водятся. Медведи только. — Ну… медведи ладно. Телефон едва светился. Батарея почти села. А позвонить надо… — Связи нет, – повторил Серега. – Точнее, есть, но местами и слабая. А с чего тут ярмарку затеяли? — В Конюхах? — На поле этом… Кто его вам показал? — Городское начальство. – Василиса потрясла телефон, но палочек не прибавилось. Проклятье! А ведь была же, на поле точно была. Если нет, то… как можно в современном мире без связи? – Мне надо идти. Меня, наверное, ищут. — Ага, – подтвердил Серега, – ходили туточки, орали как оглашенные. Разбудили. И зевнул широко-широко. Его, стало быть, разбудили, а Василису нет? Хотя чему удивляться. Была у нее особенность: порой засыпала так крепко, что ни будильник, ни иные шумы не способны были пробиться сквозь этот сон. И вот снова. — Мне надо идти, – повторила она и ботинки к груди прижала. Хорошие. Фирменные. Повышенной износостойкости. И дорогие, но теперь какие-то тяжелые и неудобные. И промокли вот. Но идти надо. — Да куда ты пойдешь, болезная, – сказал Серега. — Я не болезная, – Василиса возмутилась. — Хорошо, не болезная, – согласился, – просто лысая… — Именно что просто. – В конце концов, какое им всем дело до ее прически? — А на кой? – поинтересовался Серега и пояснил, хотя и так понятно: – В смысле, зачем ты лысая? — Я так самовыражаюсь! Серега хмыкнул. — Ну как надоест самовыражаться, скажи. У нас тут есть специалист один, такую косу отрастит, что все обзавидуются. — Да не хочу я, чтобы мне завидовали! – Серега приподнял бровь. – Меня все устраивает. Я вообще выступаю против стереотипов женской внешности. И считаю, что она не главное. И волосы тоже. И чего я вообще тут перед тобой распинаюсь? Мне домой пора. Давно! Так ты проводишь? К полю хотя бы. Василиса очень надеялась, что строительство не замерло, и на поле кроме свежевозведенной сцены обнаружатся люди. Лучше бы знакомые. А еще лучше Кешка с Емелей. Пусть ворчать станут и даже наорут, но… Главное выбраться. — Так ты… – В лесу как-то очень быстро темнело, она уже с трудом различала лицо Сереги. – Проводишь? Пожалуйста… Потому что сама она точно не выберется. Днем, может, дорогу и нашла бы, а теперь, когда вокруг едва видно, ни за что. Он вздохнул и сказал: — Только не ори. Я людей не ем. Чего? Прежде чем Василиса успела осознать сказанное, фигура Сереги поплыла, а на его месте возник медведь. |